Онлайн книга «Распятая любовь»
|
Зажмурилась, но стало только хуже. На сетчатке будто ожогами выжгло кадры из сна. Мне снилось, что я жду мужа к ужину, довольная и счастливая накрываю на стол. Прислуга отпущена. Только вот его все нет и нет. Часы тикают, я нервничаю, расхаживая по комнате. А потом Миша приходит, и я застываю в ужасе. Он идет, пошатываясь, держа в руке бутылку коньяка. Весь взлохмаченный, расхристанный. Как только видит меня, издевательски салютует бутылкой и отхлебывает прямо из горла. — Миш, что случилось? — еле выдавливаю из себя вопрос, слова так и застревают внутри, царапают нежный эпителий гортани. — Да ничего не случилось, — пьяно разводит руками. — Все просто за- е-бись. Отлично мы посидели… с твоим бывшим муженьком. Он мне рассказал много интересного, знаешь ли… — Глеб, — потрясенно выдохнула я. — Да, именно он. — Миша вдруг посуровел, обнажил зубы в злой улыбке. — Долго скрывать это от меня собиралась? — Миш, я… — пытаюсь достучаться до мужа, объяснить, но он меня затыкает на послуслове. — Ты можешь собирать вещи и проваливать к своему уебку… Держать не буду… Ты же этого хотела? Этого??? — Миш, ты пьян! Давай утром поговорим! У меня с Глебом ничего нет и не будет. Я сожалею, что молчала, но… — Никаких но, — муж заорал так, что я отшатнулась и вжалась в стену. А через секунду у моих ног вдребезги разбилась початая бутылка. — Я завтра же подаю на развод и чтобы ноги твоей не было в моем доме. Сука!!! Грязная лживая сука!!! — Миша, не надо, прошу!!! — протягиваю к нему руки, но тут же бессильно опускаю их вниз. Вижу по налитым кровью белкам глаз, по яростной гримасе, что к Белозерскому сейчас лучше не подходить. — Да пошла ты! Дрянь! — Миша отворачивается и идет к лестнице, я же тенью следую в отдалении, заливаясь слезами… — Все вы лживые суки, все!!! Лишь Лиза была чистой. Она единственная не умела врать и притворяться. — Миша, нет! — кричу я ему, чувствуя как полосуют кожу острые лезвия его слов… Вот и весь сон, собственно говоря. Открыв глаза, потираю лицо, стараюсь взять себя в руки и начать мыслить здраво. Только теперь я поняла, что все это время была дурой набитой. Идиоткой, кретинкой. Надо было сразу же рассказать мужу о Глебе, хотя бы тогда, когда мы лежали в кровати после ужина. Был же идеальный шанс все объяснить. А я все молчала, позволяя им общаться. Боже, да за это время Глеб мог Мише столько наплести про меня, что я бы никогда не отмылась. И мне дико повезло, что он этого не сделал. Уж не знаю почему. Но все равно я нахожусь на грани катастрофы. Потому что чувствую, что сон это не только выверт подсознания, отражение нечистой совести, но еще и предупреждение. Я заварила крутую кашу, но пока еще могу смягчить удар. О том, что Бессонов мой бывший муж Миша должен узнать от меня. И чем быстрее, чем лучше. Иначе быть беде. А Глеб может наворотить дел. В его странном состоянии, боюсь, он способен на все. Выждав еще пять минут, побежала в душ, постояла под горячими струями, настраивая себя на тяжелый разговор. Краситься не стала, не до этого сейчас. Волосы заколола на затылке заколкой, натянула брюки и блузку с длинными рукавами. Бросила последний взгляд в зеркало и решительно вышла из комнаты. Говорят, каждый брак должен пройти испытание на прочность. Видимо, теперь настала очередь и нашего. И надеюсь, мы с Мишей выстоим. Надеюсь на его любовь, понимание и прощение. |