Книга Распятая любовь, страница 40 – Анна Ковалева

А я что? Я не спешила растекаться лужицей и терять голову. Просто принимала знаки внимания как должное. Без всяких излишних иллюзий и надевания розовых очков. Не хотела создавать себе идеальный образ, в который легко влюбиться, а просто воспринимала Мишу как обычного человека со своими достоинствами и недостатками.

Вечерами Белозерский ждал меня в своем центре. И я не шучу. Если на йогу он не заглядывал, то в тренажерке появлялся регулярно. Буквально став моим личным инструктором.

Гонял до седьмого пота, но ровно настолько, чтобы у меня еще оставались силы для вечернего секса. А был он у нас каждый день. Михаил постоянно звал к себе, но я предпочитала свою территорию, так что после клуба мы ехали ко мне.

Когда занятий не было, то Белозерский забирал меня у салона и мы ехали куда-нибудь ужинать. А после занятий сразу отправлялись ко мне, где я кормила его домашней едой. Мне всегда нравилось готовить. Только эту страсть я унаследовала от бабушки, а не от матери.

Пока жива была, она меня учила замешивать тесто, печь пирожки и булочки, лепить манты и пельмени. Ну и про классику вроде котлет, борща и блинчиков я уж молчу. Глебу всегда готовила с удовольствием, лезла из кожи вон, искала новые рецепты. А он… Ему нужна была поджаренная курица с губешками, накачанными филлерами. А не кухарка, стоящая у плиты.

Миша же уплетал домашнюю стряпню с удовольствием, окидывая меня одобрительными взглядами. Я же старалась держаться чуть отстраненно, не показывать, как для меня это важно. Но он, похоже, и так все понимал. Все-таки и правда не мальчик, а матерый мужик средних лет.

Качал головой, мрачнел, видимо, поминая моего бывшего недобрым словом, а потом снова начинал отвешивать мне комплименты.

И вот одним октябрьским утром, прямо после завтрака он спросил:

— Кажется, нам пора начать выбираться в свет.

— А мы мало выбираемся? — если честно, я так отвыкла от всей общественной жизни, что наших походов в рестораны мне хватало за глаза. Какой еще общественной жизни хотеть? Но у Миши, кажется, были обширные планы на меня.

— Мы еще даже не начинали. — отозвался тот. — И пора исправить это упущение. Я достану два билета на премьеру шикарного спектакля в следующее воскресенье. Это не рядовое событие. Будут красная дорожка, представители бомонда.

— Ой, а можно без меня? — от таких новостей я сразу напряглась. — Не хотелось мне ни в какие светские тусовки вливаться.

— Нельзя, Лана. Пора уже выбираться из раковины. Поверь, ты ничем не хуже этих размалеванных львиц.

— Ты мне льстишь.

Я улыбнулась, а внутри само собой разгорелось желание стать лучше, сильнее. Чтоб никто и никогда не посмел больше назвать серой мышью.

— Вовсе нет, Лана. — Миша ободряюще сжал мою руку. — Просто мне со стороны виднее.

— Что ж, ладно. — я решительно тряхнула головой, поднимаясь со стула. — Только не жалуйся потом, если я не особо вольюсь в это общество.

* * *

— Надь, мне срочно нужна твоя помощь.

Да, при Мише хорошо было хорохориться. А вот после того как он ушел наружу вновь вылезла прежняя неуверенность.

Посмешищем на светской публике мне быть не хочется, так что нужно срочно подбирать себе образ. Ну а кто мне сможет в этом деле помочь, если не Надя?

Тем вечером Миша не смог приехать, так что я сразу же после прихода домой набрала подружку.