Книга Измена. Цена твоей лжи, страница 81 – Анна Ковалева

— Папа знал обо всем этом? — у меня вытянулось лицо.

— Обо всем, кроме заскоков моей матери.

— И не сказал мне. — я удрученно покачала головой. — Впрочем, его можно понять, Лёш. Он меня защищал.

— Как любой нормальный отец. — как от зубной боли скривился он. — За это я твоего батю могу только уважать. Что до остального, то решение оставить тебя в покое было моим личным. И далось оно мне нелегко. С трудом удалось не сорваться к тебе в Питер.

— И знаешь, — я прямо посмотрела ему в лицо. — Пожалуй, ты был прав, что не стал меня искать тогда. Я бы не пережила новых разборок с тобой. Просто не услышала бы ничего, и уж тем более не поверила бы. Слишком свежи были раны. Мы бы мучили друг друга, пока не дошли до белого каления.

— А сейчас веришь? — синие глаза уставились на меня в ожидании ответа.

— Верю.

— Тогда, быть может… — внезапно его голос охрип, а ладони накрыли мои, — не все еще потеряно у нас? Может быть, мы…

— Нет, Лёша, — я аккуратно высвободила руки. — Никаких «мы» уже не будет. Слишком поздно, понимаешь? Нельзя в одну реку войти дважды. Нельзя склеить разбитую чашку так, чтобы из нее не текла вода. Я верю тебе и желаю, чтобы ты нашел свое счастье. Но будет оно не со мной.

Мне трудно было говорить это. Сердце почему-то ныло, и дышать было тяжело. Но что еще я могла сказать? Между нами давным давно все разрушено до основания, такое не склеивается и не чинится. А у меня есть дочь, которую я не собираюсь втягивать в личные неурядицы.

Лёша буквально десять минут назад сказал, что ни за что не стал бы растить чужого ребёнка и радоваться. А Лиза ему чужая, как ни крути. И рисковать своей малышкой я не буду ни за что на свете.

— Ладно, мне пора. — я встаю и забираю сумочку. Оплатить счет не пытаюсь, знаю, что Денисов не даст этого сделать. — Прощай, Лёш.

— У тебя кто-то есть? — внезапно спрашивает с каким-то отчаянным надрывом в голосе.

— Да, есть, — понимаю, что делаю ему больно. Вижу, как искажается мукой его лицо, но понимаю, что иначе нельзя. Лучше сразу обрубить нити, чем бессрочно продлевать агонию. Чем быстрее Леша оставит надежду на наше воссоединение, тем будет лучше. — Самый любимый и родной человек на свете…

Рита

И вроде теперь точно всё кончено, все точки в нашей с Лёшей истории поставлены, но я почему-то никак не могла забыть то, что он мне рассказал.

Я думала о его словах весь вечер, пока возилась с Лизой, и весь следующий день. А когда совсем стало невтерпеж, позвонила Ольге. Мне срочно нужно было кому-то выговориться. Иначе мозг просто взорвался бы.

— О, привет, Ритуль. — защебетала подруга. — Как дела? Надеюсь, ничего не случилось?

— И да, и нет. — вздохнула я.

— Так, а ну выкладывай, что стряслось. — Оля сразу же напряглась.

— Я Денисова встретила на благотворительном вечере. Вернее, он теперь Громов по документам, но сути это не меняет. Ты же понимаешь.

— Да уж, не было печали, так черти накачали, — проворчала подруга. — А что это за цирк со сменой фамилии?

— Порвал отношения с семьей. Ты ничего не слышала об этом, да?

— Да откуда, Рит? Я же не слежу за этой семейкой. Последнее, что помню, так это свадебку, которую они закатили, да то, что папашка твоего бывшего с треском пролетел мимо мандата. Буквально как фанера над Парижем. Так чего хотел от тебя этот «Гоша, он же Гога, он же Жора»?