Книга Бывшие. Жена для чемпиона, страница 2 – Анна Ковалева

— Да погоди ты, Машка, ну куда так несешься? Давай съездим пообедаем куда-нибудь? На прощание?

— Ты серьёзно? — в груди начало яростно печь. — Предлагаешь мне отметить развод? А потом что? Может, поедем в нашу квартиру и трахнемся на посошок?

— Ну, — Арс нервно сглотнул, скользнув по мне плотоядным взглядом. — На такое щедрое предложение я, конечно, не рассчитывал, но если ты хочешь, я согласен…

— Ну ты и мудак, Харламов! — краска бросилась мне в лицо, и я с трудом удержалась от того, чтобы залепить ему пощечину.

— А ну, отошел от моей дочери! — резко хлопнула дверца машины, и к нам быстрым шагом подошел мой отец.

Даже сквозь стекла солнцезащитных очков мне бы видно, как он разъярен.

— Пап, я…

Помешать я не смогла. Отец и в свои годы действовал по-военному стремительно. Будто шел в штыковую атаку.

Подойдя к Харламову, он нанес два молниеносных удара: в челюсть и в живот.

— Мля… — Арс схватился за нос и, пошатнувшись, упал на колени…

— Пап, — схватила я его за пиджак. — Не надо, пожалуйста! Сейчас журналисты набегут, снимать будут. Скандал раздуют… А у Арса презентация на следующей неделе. Ему нужно чистое лицо.

— А мне плевать, — отец сплюнул, глядя на еле поднявшегося на ноги Харламова. — Пусть сам объясняется, за что и от кого по роже получил. Мне стыдиться нечего. Посмотрю я, что он будет делать, когда какой-нибудь обмудок с его дочерью также поступит. Земля ведь круглая, щенок. Рано или поздно, но всем прилетает ответка.

— Пап, поехали домой, а? Пожалуйста…

— Данил Игоревич, давайте поговорим. — вмешался Арс, потирая челюсть, на которой алел след от кулака.

— С дерьмом собачьим я разговоры не веду. А ты даже хуже дерьма. — рявкнул отец и ткнул в бывшего зятя пальцем. — Так что ноги в руки и уматывай отсюда. А если еще хоть раз я тебя рядом с Маруськой увижу, падаль, то шмальну из Макара в лоб без раздумий. Зрение и меткость я не растерял, так что будешь карьеру на том свете строить. Усек? Пошли, Маш.

Я нырнула под крылышко к отцу, успев напоследок заметить, как сник Харламов. Как опустил голову и вцепился пальцами в шлёвки брюк.

Как зло пнул попавшийся под ногу камушек.

— Тише, родная, — папа поглаживал меня по плечу, пока мы шли к машине. — Не плачь из-за этого недоноска. Он этого не стоит.

— Папуль, — как только мы уселись в салон, я не выдержала. Положила голову ему на плечо и отчаянно разрыдалась. — Скажи, как перестать любить? Ну как, а?

— Нужно время, Марусь. Время и новый мужчина рядом. Достойный мужчина, а не этот зазвездившийся ушлепок.

От этого я зарыдала еще сильнее. Не могла представить кого-то другого рядом с собой.

Это мне казалось противоестественным, извращенным.

У меня же не было мужчин, кроме мужа. Арс запал в душу с первого взгляда, не оставив другим ни единого шанса.

Завоевал своим обаянием и упорством, а потом лишил меня невинности под покровом июльской ночи.

Целовал, обнимал, клялся в вечной любви и верности до гробовой доски.

И я обещала ему то же самое.

И никогда не могла представить, что наши отношения закончатся вот так…

Внезапно мне снова захотелось стать маленькой девочкой, у которой самая большая проблема — это разбитые коленки в игре с двоюродным братом и потерявшаяся кукла.

Потому и льнула к папе, отчаянно мечтая вернуться в счастливое беззаботное детство.