Книга Накажи меня любовью, страница 102 – Анна Ковалева

Увы, те времена давно остались в прошлом. И сейчас он ходит при полном параде — все от мысков туфлей до галстука и часов насквозь пропитано шиком и лоском. Теперь он — мужчина с глянцевой обложки. И гоняет уже не на велике, а на какой-нибудь спортивной тачке, судя по всему.

Фигура у него стала гораздо мощнее, что прекрасно подчеркнул костюм. На одном из снимков Сашка изображен с обнаженным торсом, и там прекрасно видно все: широкий разворот плеч, рельеф мышц, мощные бицепсы, пресс. Старательно, видимо, качался. Но в меру, тело не выглядит перекачанным или высушенным. Я бы сказала, что это почти идеал.

— Какой мужчина, да? — протяжно тянет Зоя, положив мне голову на плечо. — Кто бы мог подумать, раньше ведь совсем сопляком выглядел.

Да, с некой долей грусти замечаю, что и лицо очень сильно изменилось. Юношеская смазливость, чем-то напоминающая молодого Ди Каприо, уступила место классической мужской красоте. Если бы мы встретились на улице сейчас, я бы, наверное, прошла мимо, не узнав.

— Ну надо же, — с легкой улыбкой еще раз читаю заголовок: «Сердце одного из самых завидных холостяков столицы все еще свободно. Какой же счастливице удастся его заполучить?»

— А что ты хотела? — фыркает подруга. — Красив, молод, богат. Совладелец крупной сети ресторанов, кофеен и лаундж-баров. Как его еще никто не окольцевал — не понимаю, хоть убей. По тебе, что ли, все еще сохнет?

— Ну что ты такое говоришь, — качаю головой, выражая интонацией упрек. — Столько лет прошло. Если и были какие-то чувства, то все давно быльем поросло. Гуляет парень. Не набесился еще.

— Думаешь? — о, сколько скепсиса в голосе. Хотя, чего уж греха таить, я сама удивлена, что Санька еще не женился. Но вслух, конечно же, об этом не скажу.

— Костю-то вспомни. Тоже гулял до тридцатника. А потом вот, — демонстрирую обручалку, — окольцевался же. Вот и Сашка нагуляется хорошенько и попадет в жаждущие женские ручки, из которых не захочет выпутываться.

— Может, ты и права, — зевает подруга. — Эх, не будь я замужем, сама бы на него поохотилась.

— Зой, тебе пора завязывать со спиртным, — выдаю, едва отойдя от потрясения. Мысль о Сашке, Зое и их возможной «охоте» мне откровенно неприятна. — Несешь уже невесть что.

— А что такого? — она тут же подобралась и покрутилась передо мной, рисуясь. — Он красив, я прекрасна. Вот освобожусь от мужа и почему бы не попробовать? В постели Ковалевский наверняка хорош… Не зря же еще тогда девки на нем гроздьями висели.

— Зоя, — от томных ноток в голосе подруги и ее интимных намеков во мне вскипело раздражение. — Иди проспись.

— А чего ты сердишься, Таюш? Только не говори, что ревнуешь? Косте это не понравится.

Зоя пьяно смеется, а я отхожу к окну и пытаюсь взять себя в руки, остудить вмиг запылавшее от стыда лицо.

— Эй, Тааяяя, ну чего ты… — через минут пять она подходит ко мне сзади и обнимает. — Ну я же просто тебя подколола. Не дуйся.

— Надеюсь, утром тебе за эту подколку будет стыдно, — помогаю подруге добраться до гостевой комнаты и расстилаю кровать.

— Так что ты будешь делать завтра? — интересуется Зоя, поймав меня у самой двери. — Если он явится на встречу?

— В смысле, что делать? — стараюсь быть невозмутимой. — Что и со всеми остальными. Поговорим, если получится, и разойдемся по домам. Спокойной ночи.