Книга Я вам не подарок, граф, или Сделка с чудовищем!, страница 28 – Лайза Квин

— О чём вы?

— О том, что даже он не будет наказывать, тем более, у всех на глазах, влюблённую в него девушку. Не думал, что я скажу вам это, но вам бы не помешало признаться ему в своих чувствах.

— Но почему? Но ведь я…

Но Саймон не давал мне договорить. Он отвёл меня в сторону, не давая уйти или освободиться. Практически зажал между колонной и стенкой и что-то мне уверенно втолковывал. Но мне было сложно его слушать и ещё сложнее понимать, я вспоминала, как мы летели в академию, возвращаясь со скал, куда меня принесла виверна. Вспоминала о том, как я прижималась к его горячему телу. И сейчас я смотрела на мокрую рубашку Саймона, соображая, что она не может быть настолько мокрой от одних моих слёз. Мне хотелось его обнять. Прижаться к нему, спрятав на его груди своё лицо. Это желание меня испугало, заставив щёки вспыхнуть. Саймон не обращал внимания. Он продолжал говорить.

— Мина. Мина, да послушайте вы меня! Я должен извиниться перед вами. Вы готовы были рисковать собой, чтоб спасти его. Вы так сильно его любите… Признаться, я всё ещё в некотором недоумении от вашего выбора, но… Я прошу прощения за то, что смеялся над вашими чувствами. Такое сильное чувство, толкающее человека на то, чтоб рисковать жизнью ради объекта своей любви, кем бы он ни был, безусловно, заслуживает уважения. Даже восхищения, — Саймон вздохнул. Мне показалось, что на его красивом лице отразилась боль. Но мне было не до его страданий, чем бы они ни были вызваны — он что, считает, что я всё ещё люблю лорда Рогана!? Я защищала совсем не его! Я очень испугалась за виверну!

— Но я... Да позвольте же сказать мне! — я запротестовала, пытаясь вставить хоть слово.

— Мина, вам нужно признаться в своих чувствах. Лучше прилюдно. И, прошу вас, днём и при свидетелях. Сегодня я отдам ваше письмо Рогану. Уверен, разговор о вас у нас зайдёт и я об этом “случайно” вспомню. А завтра — прошу вас, завтра, а не сегодня, Мина, вы признаетесь Рогану в любви. Уверен, он простит вас. И это дело не получит хода. Он не будет на вас жаловаться и вас не отчислят. Я извинюсь за вас и поручусь.

— А что будет с виверной? — спросила я дрожащим голосом.

— Надеюсь, она вас послушала и улетела далеко. И не планирует вернуться.

— О, ясно, но лорд Роган… Могу я не…

— Лорд Роган, да… Очень прошу вас, Мина, признаться в ваших чувствах завтра утром. У меня ещё есть дела — появилась одна важная мысль, связанная с собственностью. Виверны являются собственностью академии, если можно так выразиться. Не все студенты выкупают их, это можно и нужно проверить. Роган уже раньше отказывался от виверн, так что… Это может быть не важно, если вы всё с ним сами утрясёте, но я бы порекомендовал вам поговорить с Роганом утром, потому что если вы придёте к нему сейчас — как знать, возможно, он решит, что вправе ожидать от вас некоего возмещения ему моральных неудобств… связанных с угрозой жизни.

— Я не поняла… — призналась я, продолжая изучать рубашку Саймона взглядом. Меня смущали бурые пятна на его груди.

— Кто бы сомневался… Прийти ночью в комнату к мужчине, признаваться ему в любви и вообще не задумываться о последствиях, — Саймон вздохнул. — Из-за пережитого сегодня не удивляйтесь, что после вашего признания Роган захочет склонить вас к близости. Впрочем, после увиденного сегодня — убедившись в пылкости и искренности ваших чувств — я более не буду вас осуждать ни за что. В вашем праве распоряжаться собой как вам угодно. Возможно, вы сами этого ищете.