Книга Линия иной судьбы 3, страница 96 – Дмитрий Соловей

Хм… Самое интересное крылось на отдельном бланке Управления, где сообщалось, что за период с 1953 по 1955 год за трансляции произведений «Идет солдат по городу» и «Мой адрес — Советский Союз» на имя автора Белова Б. В., на его лицевой счёт начислена сумма авторского вознаграждения.

Борис перечитал бланк несколько раз и протянул мне. Я тоже знатно обалдел. Борька ошалело переводил взгляд с бланка на меня. Медведь, заглянувший в бумажку, присвистнул так, что зазвенели стёкла, а баба Лиза испуганно перекрестилась.

— Сколько⁈ — не поверил Татаринов. — Вот за то, что он побренчал на гитаре, вот столько заплатили⁈ Двадцать три тысячи!

— Василий, ты не прав, — вмешалась мама с пояснениями. — За Борисом признали его авторские права. Это не так-то просто, потому он и получил эти деньги.

— Песни транслировали по Всесоюзному радио, — напомнил я Ваське. — Любой человек, сочинивший песню и спевший её где-то во дворе, такое признание не получит.

У нас с Борисом, между прочим, очередная головная боль появилась. У него уже были припрятаны чуть больше шестидесяти тысяч «полицайских» денег. А тут плюс ещё двадцать три. И как это везти в Москву? Я сопроводить Борьку не смогу — у меня выпускные экзамены в техникуме до тридцатого июня.

Допустим, тысяч двадцать он может оформить аккредитивом или перевести в московскую сберкассу. Но ведь остальное — это неучтённый нал, который официально не засветишь!

Получается, что все наличные сразу он забрать не сможет. В наших планах было то, что Боря купит в Подмосковье дом. Естественно, один он это всё не провернёт. По-любому выходило, что мне нужно приехать к нему. Поскольку меня примут в КИПП без экзаменов, вырваться в Москву я смогу в первых числах июля. Значит, мне и везти основную часть наличных. Купить билет на самолёт в разгар летних отпусков — задача нереальная, это Борис, как недавний дембель, имел привилегии по брони. У меня вариант оставался один — поезд.

* * *

* Не думаю, что многие в курсе посёлка Тюра-Там. Потому отдельно поясню — это посёлок и железнодорожная станция в Кызылординской области Казахстана рядом с будущим Байконуром. В феврале 1955 года вышло секретное постановление правительства о создании там космического полигона.

Советскую космическую программу создавали именно артиллеристы. Главой ракетной программы СССР в те годы был маршал артиллерии Митрофан Неделин. Именно он настоял на том, чтобы новые ракетные части формировались на базе артиллерийских полков, а советские ракетчики носили артиллерийскую форму с пушками на петлицах.

Покрутив денежную тему и так и эдак, мы с Борисом решили, что все наличные привезу ему я на поезде. По другому никак не получалось. Рискованно, конечно, но я-то не девятнадцатилетний пацан, как это выглядит со стороны.

И если с деньгами мы вопрос закрыли, то с самой подготовкой документов во ВГИК нас ждал один подводный камень, о который могла разбиться вся Борькина мечта. Анкета абитуриента. В пятьдесят пятом году советские вузы, а особенно творческие, трясли подноготную до третьего колена. А у Борьки за спиной тикала идеологическая мина — в пятьдесят первом его отца осудили по 58−10, за антисоветскую агитацию.

Спасло друга то, что покойная Борькина мама, царство ей небесное, сразу после приговора мужу оформила развод, вернула девичью фамилию Белова и выправила сыну новый паспорт. Пока Борька был в армии, его маму зарезал на улице какой-то урка ради кошелька. Родственников у Белова не осталось, а где сейчас мотал срок его отец и жив ли он вообще — Борька понятия не имел. Мать, оберегая репутацию сына, никаких писем в лагеря не отправляла.