Книга Бригада Некрасова. "Код красный", страница 56 – Сергей Баранников

— Да как я могу успокоиться? — ещё больше разошлась она. — Вы разве не понимаете, насколько это опасно?

— Давайте проведём осмотр и процедуру, — предложила Таисия.

— Пусть они выйдут, — ответила девушка, кивнув в сторону нас с Вадимом.

— Ой, да пожалуйста! Не больно-то и хотелось в этом участвовать, — отозвался стажёр, и получил толчок под рёбра от Артемьевой.

Мы остались ждать в коридоре, а Таисия с Дашей занялись диагностикой.

— Наблюдается небольшой тонус матки, выделения мне тоже совсем не нравятся. Собирайтесь, мы доставим вас в Центр матери и ребёнка, где за вашим состоянием будут следить целители.

— Я не поеду! — упёрлась женщина.

— Это необходимо для вашего же блага и безопасности ребёнка, — заметила Артемьева.

— Я всего на седьмом месяце! Вы хотите отправить меня в родильное отделение? Вы в своём уме? Я знаю, что вы хотите сделать! Никуда я не поеду!

Она ещё больше стала нервничать, и мне пришлось направить успокоительную волну, чтобы немного ослабить давление и пульс. Не хватало ещё новых проблем. Если девушка не понимает насколько её состояние опасно, мы обязаны об этом позаботиться.

— Девушка, вы задерживаете всю бригаду, — Голицын взял её за руку и потянул в сторону выхода.

Ох, уж этот стажёр! Куда он лезет? Очевидно, что девушка на нервах, волнуется за ребёнка, ещё и с эмоциями тяжело справляться из-за гормонов. Разумеется, у неё началась самая настоящая истерика. Она бросилась царапаться, споткнулась о стул и едва не упала. К счастью, я вовремя её поддержал, вот только поплатился за это своей рукой. Не имея возможности оттолкнуть меня, девушка впилась зубами в мою кисть, оставив на ней глубокие следы.

— Не поеду! — закричала она, вырвавшись из захвата.

Лишь через пару минут девушку удалось успокоить, уложить на носилки и спустить к машине. Артемьева настояла, чтобы она не спускалась своим ходом.

— Восьмой этаж, вы в своём уме? У нас и так риски повышенные, а вы предлагаете ей пешком по лестнице спускаться? — осадила она Голицына, когда тот предложил пациентке спуститься самостоятельно.

Лифт, как часто бывает в таких ситуациях, не работал, и нам пришлось полагаться только на себя. Даже я не чувствовал рук, пока мы спустились, представляю что испытывал Вадим. Он-то явно слабее меня будет.

Пока мы тащили носилки, девушка успела и поплакать, и даже посмеяться вместе с нами. Я всё прекрасно понимал — гормоны сейчас шалят, и ей трудно себя контролировать. Ещё и первая беременность, опасность для ребёнка и одиночество. Рядом не оказалось никого, кто мог бы её поддержать или дать совет.

— Вы что там, роды принимали? — осадил нас Борщов, когда мы вышли из подъезда. Лучше бы помолчал! К счастью, девушка отреагировала на слова водителя совершенно спокойно.

— Володя, заводите мотор, — отозвалась Артемьева, а я прочувствовал каких усилий целительнице стоило не послать Борщова лесом.

— Вам плохо? — забеспокоилась Даша, заметив, что наша пациентка закрыла глаза.

— Нет, просто страшно. А так я вас не вижу, и мне немного спокойнее, — отозвалась та.

— Держите меня за руку, станет легче, — предложила Дьячкова.

— Смотрите на происходящее под другим углом — когда ещё на машине скорой помощи покатаетесь? — попытался поддержать её Голицын, но понял, что сморозил глупость и предпочёл помолчать, пока мы не доедем до больницы. К тому моменту на моей руке сформировался овальный синяк.