Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 70 – Дарья Адаревич

— Почему ты здесь? — спрашиваю почти шепотом. — Почему вернулся... Ко мне?

Ловласс привычно ухмыляется и пожимает плечами.

— Я не могу без тебя, — просто отвечает он, и я снова плачу.

Все это сон. Безумный и самый желанный на свете.

— Ты лжец, — говорю чуть слышно. — Ты не Георг, ты лгал с самого начала, ты…

Не имеет значение, кто он. В мире, полном лжи, только одно остаётся настоящим — мы сейчас. Я бросаюсь к нему, вцепляясь с отчаянием и силой. Мне хочется слиться с ним, раствориться, стать его частью. Пусть моё тело станет щитом от всех его бед, щитом от безумия, пусть моё тепло уймет его страдания.

Его тело под моими ладонями — горячее, живое, напряжённое. Каждый мускул, каждый шрам. Я хочу запомнить все. Я прижимаюсь губами к его шее, вдыхаю знакомый запах — пот, соль, боль.

— Мне все равно, — шепчу, захлебываясь словами. — Все равно кто ты. Все равно, что с тобой. Я просто… я хочу быть рядом.

— Я рядом.

Мне снился сон. Прекрасный сон. Ловласс вернулся ко мне, и он. Открываю глаза, приподнимаюсь на локтях. Так-так, где это я? Засыпала в своей комнате, а проснулась на песчаном берегу моря. Втягиваю аромат моря. Что происходит? Рука со спины приобнимает за талию. Вздрагиваю, оборачиваясь на Ловласса. Спит. Здесь. Рядом. Волосы, чуть волнистые и спутанные падают на лоб, бледное осунувшееся лицо, ярче выделяются скулы. Нежно убираю пряди со лба, глажу его по голове. Вчерашний день уже не кажется таким уж нереальным. Прячу улыбку. Я попала в сказку? Или все еще сплю? Ловласс открывает глаза и сразу же растягивается в улыбке, которая в мгновение делает его самые красивым человеком на свете.

— Почему мы на пляже? — спрашиваю я, смеясь.

— Здесь свободно.

Ловласс перенес, пока я спала. Зачем он это сделал? Свободно… ему было тесно там, ему хотелось увести меня в место, которое будет принадлежать только нам двоим.

Тянусь к его колючей щеке. До сих пор не верится, что Ловласс здесь, со мной.

— Ты снял проклятье? — шепчу я, и шепот обжигает горло.

— Нет, — с горечью отвечает он. — Но я медитировал достаточно, и снова в форме. Амелия, я снова держусь.

— И как долго это продлится? — отстраняюсь, осознавая сказанное. — Ты должен держаться от меня подальше! Я убиваю тебя! Я свожу тебя с ума!

— Жизнь без тебя не имеет смысла.

— Да мы даже нормально быть вместе, я же… проклята.

Ловласс качает головой, а с его губ не сползает улыбка. Он нежно берет в ладони мои лицо и просто смотрит. Счастливый. И от осознания этого я плачу. Снова плачу. Ему достаточно просто смотреть. Смотреть на меня.

— Я люблю тебя, — вырывается у меня, и резко обнимаю его, крепко-крепко и отчаянно. — Ловласс, я люблю тебя! Я не переживу, если ты умрешь из-за меня!

— Когда пойму, что теряю контроль, снова уйду.

— И что? Так будет вечно?

Ловласс пожимает плечами. Он правда пойдет на это. Жизнь обрывками. Месяцы медитации и короткие дни встречи. Мы падаем на колени, не размыкая объятий. Ветер рвёт волосы, а мысли рвут душу.

— Ты нашел моих родителей, — шепчу я. — Ты на самом деле сделал это.

— Я же обещал.

— Спасибо тебе за все. Спасибо, ты…

Внезапно Ловласс обмякает в моих руках. Что произошло, что? Как? Я… Оглядываюсь, ничего не понимая. За спиной стоит мой благоверный РизоГеорг, чистенький-прилизанный, не в пример своему брату-близнецу.