Книга Брошенка из рода Драконов, страница 8 – Дарья Адаревич

Рон заматывал меня все туже и сильнее. Стало больно.

— Зачем ты убил этих людей? — спросила я, — Зачем заживо сжег те кварталы?

На миг Рон замер прямо у моего лица, бросил на меня злой взгляд, будто я дурочка, которая не понимает простых истин.

— Я все сказал на суде, — выдохнул Рон.

— Лечиться не пробовал? Ты сошел с ума!

— И это пошло мне на пользу.

— Я поняла, — у меня вырвался смешок. — Ты потерял свою драконью силу, почувствовал себя ничтожным маленьким человечишкой и захотел потешить эго, за этим и поджог. Бензин взял…

Рон прекратил перевязывать, схватил меня за горло. Снова. Больно. Все сжалось. Я задыхалась. Порывы сделать вдох заканчивались хрипом. Мое тело пыталось вырваться, но не могло. Лицо Рона оставалось спокойным и уверенным, и даже холодным.

— Это была месть, — твердо сказал он. — Месть, за которую ты должна быть мне благодарна. Вы все должны быть благодарны.

Наконец он отпустил мою шею, а я снова закашлялась.

— О какой? — кашель. — О какой мести ты говоришь?

— Не прикидывайся идиоткой. Мы оба знаем, что мозги у тебя на месте.

Ну спасибо, милый, что хотя бы считаешь меня умненькой! Вот только от этого нелегче! Рон закончил со связыванием, удовлетворенно кивнул сам себе и поднялся.

— Ты будешь гореть в аду за свое предательство, — сказал он спокойно и уверено, не отрывая от меня внимательных глаз, — а я буду стоять рядом и смотреть.

— Тогда увидимся в преисподней, — оскалилась я. — Больше не появляйся в моей жизни.

— Прощай.

И Рон покинул кабинет. Надо его поймать. Надо крикнуть. Но в голове звучал его голос: «Это была месть». Какая месть? Чего я не знаю? Погнала мысли прочь. Рон предатель! Он бросил меня беременную десять лет назад, так почему считает виноватой? За что?

Домой я вернулась поздно. Настроение хуже некуда. Я устала. Как же устала. Хотелось кричать, рвать, бить посуду. Но я сделала глубокий вдох, потом глубокий выдох и налила себе воды. Надо успокоиться. Все в прошлом. Рон ушел, и больше мы с ним не увидимся. Никогда.

— Мам, все в порядке? — в дверях появился заспанный Зак.

— Ты спал, прости, что разбудила.

— Нет, я не спал! Тебя ждал! Не спал, честное слово!

— Хорошо-хорошо.

Я потрепала сына по кудрявой голове. Сразу стало легче. Когда я видела его здорового и счастливого, мне всегда становилось легче.

— Я люблю тебя, Зак, — сказала я с усталой улыбкой, — всегда помни, что я очень люблю тебя.

— Мам, ну что ты начинаешь?

Зак неловко поежился и уселся за стол рядом со мной. Так, наверное, он голодный. И мне, наверное, полагается быть голодной. Но сил готовить не было… ничего не хотелось, так что я просто достала ведро с мороженым. Кинула Заку ложку.

— Мам, ты серьезно? — рассмеялся сын. — Ты будешь кормить меня мороженым? А как же твои слова про здоровое питание, про то, что если я буду есть всякую ерунду, то не вырасту…

— Ты вырастешь в любом случае, у тебя высокие родители.

Зак взял ложку, и мы начали есть. Сладкое холодное мороженное… Что может быть лучше?! Сын забавно причмокивал и прикрывал глаза.

— Ну ладно ты, — начал размышления Зак, — ты высокая для девочки, но папа? Мой папа тоже высокий?

Я горько усмехнулась. Шея до сих пор болела от встречи с этим самым высоким папой.

— Так что? — торопил Зак. — Ты мало про отца рассказываешь! А ведь я вырасту похожим на него. Правда ведь, похожим?