Книга Золотая тьма. Том 2, страница 104 – Игорь Осипов

Храмовница присела рядом, взяла травинку и ткнула в засечку в земле. Травинка почти вся ушла в пока ещё незасохшую кровь.

— Нет. Что-то гораздо тяжелее. Не меньше пуда. И следы. Вы видели следы? Они огромные. В полтора раза больше моих. И продавливал землю весьма изрядно.

Дознавательница поджала губы и молча пробежала взором по телу. Получается, его даже не убрали с места и выпотрошили тут уже. Но тогда где кишки?

Внезапно завыли и залаяли собаки.

Женщина приподняла голову, оглядываясь по сторонам. На своём веку она повидала и еретиков, и демонопоклонников, которые приносили человеческие жертвы своим тёмным хозяевам, но здесь порезвились явно не люди, это придавало ощущения неуверенности и лёгкой боязни. С нечистью бороться всегда сложнее, чем со смертными людьми.

— Что там? — спросила она.

И вдруг мир погрузился в густое белое марево, беззвучно возникшее из ниоткуда. В густом, как молоко тумане замелькали едва уловимые взором тени.

Женщина схватилась за клинок, когда какая-то размытая тень на мгновение замерла подле неё. Затем из тумана выскочило нечто белое, бесформенное.

— Идемони! — прокричала отошедшая на пару шагов храмовница, провела двумя перстами по лбу и пырнула в белый сгусток клином.

Этого оказалось достаточно, чтобы лес очистился от тумана так же внезапно, как и наполнился.

И храмовницы и дознавательница почти одновременно осенили себя святыми знаками и прошептали короткую молитву: «Протета ми».

Защити меня.

Псы же странно задёргали мордами и залаяли, а когда из травы выскочила жирная крыса, остервенело бросились за ней. Словно именно крыса виновата в их бедах.

Не догнали, потому как грызун исчез в густых кустах.

— Лесной страх? — переспросила дознавательница у храмовницы.

— Да, — неуверенно произнесла в ответ та.

И они продолжили осматривать поляну.

В зарослях шиповника, отделяющего полосу сырого леса от спелых, готовых быть скошенными полей, нашлось ещё два тела.

Причём одно обезглавлено и выпотрошено, а второе словно забыли. Но на нём тоже целого места не было, казалось, женщину придавило бревном, размозжив всё до единой кости. Вот только вот брёвен поблизости не было.

— Здесь! — раздался окрик со стороны.

Дознавательница подняла голову и увидела, как одна из храмовниц размахивает рукой, дабы привлечь внимание.

— В бездну, — выругалась дознавательница и тут же осенила себя знаком. — Да простит Небесная Пара.

А храмовница наклонилась и подняла из кустов окровавленный дротик. Вот только он, как обычная стрела, был оперён чёрными перьями, словно выдранными у ворона. И наконечник был такой же, с каким охотятся на уток — широкий, плоский и острый.

Но размеры в два раза больше привычного.

— Что скажешь? — проговорила дознавательница уже ставшую привычной фразу.

— Ваше преосвященство, их было много. Все затоптали. Набросали какую-то гадость, и собаки след не берут. — Храмовница показала рукой сперва в одну сторону, потом в другую. — Напали на лесорубок внезапно. Первую почти пополам перебили дротиком. Вторую ударили… не знаю… да поможет мне Небесная пара не ошибиться… тараном. Женщину откинуло в кусты. Остальных забили обычными копьями. Некто большой и сильный обезглавил тяжёлым оружием три трупа. Их выпотрошили. И выпотрошили ещё ночью.