Книга Золотая тьма. Том 1, страница 100 – Игорь Осипов

Увы, нет здесь пока холодильников. Зато есть телекинез.

— Блин. Уели меня, однако, — усмехнулся генерал, а потом стукнул пальцами по передней панели машины. — Трогай.

Машина заквакала стартером, заурчала движком, а затем завыла на высоких оборотах на малой передаче и покатилась.

Генерал думал о своём, время от времени поглядывая на девчонку в зеркало. А та не пугалась, как сельские ведьмы, которых подбирали для опытов над природой магии. Напротив — с блеском и любопытством в глазах разглядывала машину изнутри, трогала металл и обивку.

— Это что? — раздался вопрос шёпотом.

— Шкура молодого дерматина, — пробурчал в ответ прапор старую как мир шутку.

— Что за зверь такой? — продолжила любопытствовать девушка.

— Никакой. Шкура есть, а зверей таких нет.

— Вымерли? — удивилась Шарлотта. — У нас тоже на востоке королевства носороги вымерли. А как он выглядел, дерматин этот?

— Да не было никогда таких зверей, — снова пробурчал Сизов.

— А как это, шкура есть, а зверя нет? — изумилась девушка, снова потрогав обивку сидения.

— Алхимия.

— А-а-а! Мы так на практикуме делали. Создавали призрачное железо. Клинок есть, железа нет. Удобно добивать, не пачкаясь… — проговорила девушка и добавила: — крыс.

И оба смолкли. Ведь понятно, что где крыса, там и разбойник или иной неугодный человек.

Повисла неловкая тишина.

Лишь уазик покачивался на ухабах. Да птицы пели. Распогодилось, и стояла жара, как летом. Уазик поднимал серую дорожную пыль, выл движком, пугал пастухов, которые осеняли себя знаками Небесной Пары и сторонились. Только овцы были безучастны.

А Пётр Алексеевич таращился на пастухов в ответ.

— Добрый спадин Стаканишт, — снова стала задавать вопросы Шарлотта, когда миновали половину пути до Керенборга. — А я видела на картинках на ярмарке такую яркую… полукруглую… ночью.

— Луна, — проговорил Сизов в ответ.

— А что это?

— Ну, такая. Как тебе объяснить?

— Стаканыч, — обернулся генерал, немного расслабившись. — Придумай. Я сам послушаю, как ты будешь объяснять местным про то, чего у них нет даже в помине.

На въезде в город генерал важно вложил в ладони стражницам по серебряной монете. А вскоре уазик, прокатившись по одной из главных улиц города, встал у храма.

Собственно, только главными улицами он и мог проехать, потому что остальные слишком узкие, а главные специально сделаны, чтоб по ним могла двигаться на карете маркиза.

Шарлотта, едва спрыгнув на землю, осенила себя знаком и поклонилась в сторону храма.

— Ждите здесь, — проговорил Пётр Алексеевич, взял дипломат и зашёл в открытые двери.

Его встретило тихое пение одинокой монашки, стоящей в углу. Встретил запах свечей и благовоний. И ярко раскрашенные земными красками статуи божеств словно бы исподлобья, с укоризной глядели на чужестранца.

У алтаря сидело несколько прихожанок и настоятельница.

— Я буду признательна, если продолжим богословскую беседу чуточку позже, — ласково прошептала она совсем небедным жительницам города.

Те закивали в ответ и удалились. У дальней двери возникла хмурой тенью боевая храмовница в чёрном.

Настоятельница проводила людей взглядом.

— Господин баро-о-он, — протянула женщина, — пусть Небесная Пара будет к вам благосклонна. Но что вас привело сюда?

Пётр Алексеевич набрал воздуха в лёгкие, легко поклонился и собрался ответить. Но в этот момент в храме послышались громкие стуки металлических каблуков.