Книга Золотая тьма. Том 1, страница 56 – Игорь Осипов

Но что любопытно — батрачек стало ещё больше, словно они прибывали и прибывали. Их здесь уже больше тысячи, все помогали механизмам копать, разгружать, укладывать тяжести. Особенно много старалось вдоль уложенных на долинную, но невысокую насыпь железных брусьев, скованных деревянными досками, словно громадная лестница.

— Не видно, — проронила девушка, вскочила на подножку повозки и вытянула шею, а затем воскликнула, указав пальцем: — А! Вон там!

Подхватив сумку и стопку книг, она быстрым шагом двинулась в нужную сторону, и вот, несколько минут спустя, оказалась уже почти у самой халумарской крепости — всего в сотне шагов. На лёгкой жестяной башенке, выглядывающей над кромкой серых стен, густо опутанных колючей железной проволокой, стоял и смотрел на юную волшебницу стражник-зверомуж в зелёном трагантом доспехе и таком же зелёном круглом шлеме.

— Здесь, — опустив сумку на обильно усыпанную галькой землю.

— Вы уверены, ваша умелость? — уточнил баронет, который и сам сверкал глазами по округе.

— Можно просто Ли-Ли, — смутилась Шарлотта от своей же дерзости. Это же надо, юнцу, которого видит всего-то второй раз в жизни, дозволяет обращаться как близкому другу. И что на неё нашло?

— Тогда позвольте быть просто Ми-Ми, — поклонился рыжий баронет.

Лысый холм, сказать по чести, всегда сильно отличался от окрестных земель, словно когда-то здесь была насыпь. Так и представляется, как сотни и тысячи безумцев носят руками гладкие камни и горсти земли, а затем долго утаптывают, приклеивают к камням разноцветные лишайники и высаживают жилистые, как проволока, ползучие ло́зы и жёсткие, словно сделанные из зелёного стекла, каменные цветы — их издали и самих можно принять за крашенную глазурью гальку.

Шарлотта неспешно достала из чехла на поясе волшебную палочку, огляделась и провела кончиком палочки как можно ближе к земле:

— Десекрето ратио.

На кончике привычно вспыхнул тусклый зеленовато-серебристый, как глаза кошки в темноте, огонёк. И девушка принялась водить им из стороны в сторону, словно собака носом, при этом маленькими-маленькими шажками продвигалась по склону холма. От усердия даже высунула кончик языка и разве что не сопела подобно терьеру-крысолову, вынюхивающему след.

В Керенборге крысы были самые обычные, каких много по всему королевству. Николь-Астра, разумеется, мудрая волшебница, но, думается, иногда разум самых мудрых бывает покрыт чёрной вуалью Такоры, мешающей видеть истину.

— Нету, — бурчала девушка, водя палочкой под пристальным взором халумари на башенке. А так хотелось найти что-то большее. За убийство либо изгнание крыс, в коих вселились нечистые твари, и платят больше, и слава громче. Но огонёк был едва тусклым и почти невидимым в дневном свете.

— Нету, — повторила со вздохом Шарлотта, сунула на место палочку и достала вощёную церу со стилусом. После чего начала долго и кропотливо вырисовывать схемы волшебного эха. Схема получилась большой, и пришлось даже достать счёты и справочные таблицы, но высшая магия того стоила.

Дорисовав, сложила пальцы над воском щепотью и потянула на себя. Рисунок вспыхнул, всплывая всё той же паутинкой, какая взлетает с травы в жаркий и почти безветренный день. А зверомуж на башенке в попытках разглядеть происходящее подался вперёд настолько, что едва не переваливался через перила.