Книга Тайными тропами, страница 136 – Игорь Осипов

— Лёгок на помине, — пробурчал прапор, кряхтя, как старый дед. Он взял дробовик и скинул куртку, оставшись в тельняшке и коротких местных штанах.

Солдатки тут же засуетились, вставая в плотный, ощетинившийся пиками и алебардами строй. Среди них, прижимая к себе молитвенник и плетёную клетку с почтовыми соколами, затесалась и сестрица Стефани, стиснутая со всех сторон. Благо почтовые птицы куда меньше охотничьей родни, и их проще укрыть.

Гул голосов, разрываемый криками солдатки и сержантки, перемешивался с какофонией, издаваемой скотом и птицей. А вскоре над поляной послышалось уже привычное низкое жужжание божественного благословения, успокаивающего бычков.

Дмитрий, на этот раз оказался не в гуще толпы, а сразу за спиной Авроры, стоящей в первом ряду. Рыжая баронета сноровисто схватила пику и теперь стояла, слегка наклонившись и наступив на уткнутый в землю тупой конец длинного копья. Остриё же, как и острия другого оружия были направлены на дракона.

Крылатый ящер на этот раз не стал переть буром, а приподнял голову и стал вглядываться в толпу при свете, успевшего разгореться в полную силу костра. Пламя громко трещало и бросало искры в потемневшее до густой синевы небо. Языки огня обрели собственную скоротечную жизнь, которой отмеряно ровно одна ночь, и их охристо-жёлтый свет, торопясь свою недлинную прожить поярче, плясал на стволах белых берёз.

— Командир, а если он как огнемёт в толпу напалмом плюнет? И вааще, мне сейчас до смерти интересно, умеют местные драконы огнём пыхать или нет? Если что, мы же всем скопом в головешки превратимся, — проговорил скороговоркой прапор, поглядывая на карету, где хранился огнетушитель.

— Не знаю! — огрызнулся Дмитрий.

Дракон же неспешно окинул взглядом окружённую повозками и защищённую вбитыми в землю кольями стоянку и неспешно двинулся вдоль импровизированной крепости. Он явно не горел желанием драть брюхо и крылья об острые предметы.

— Поворот! — заорала Виолетта, и строй начал, медленно колышась, как большая медуза, поворачиваться фронтом к ящеру.

Незваный гость резко задрал голову и уставился в центр построения, словно выискивал кого-то. Воображение дорисовывало ему человеческие эмоции и мысли, отчего стало немного не по себе: «Спелые, сочные людиш-ш-шки. Как вы посмели вторгнуться в мои владения-я-я?»

А глаза у него были не стеклянные, как у холоднокровных гадов, а живые, подвижные, часто моргающие и поблескивающие отголосками рассудка.

— Я тут подумал, командир? — бурчал прапор. — Ему же на Реверсе, по логике вещей, наверняка не красна девица, а писанный-уписанный юнга нужен. Я для этой роли давно не гожусь по старости и социальным льготам. Остаются трое: ты, расписной баронет и его сопливо-смазливый паж. Как думаешь, кого он выберет?

— Иди к чёрту, — огрызнулся Дмитрий, вытянув шею.

Дракон принялся очень ловко для такой махины маневрировать между стволами деревьев и дальними кольями. Меж солдатками поползли взволнованно-испуганные шепоточки. Одно дело — враг, другое — крылатый, почти непобедимый монстр.

— Держать строй! Собакам скормлю, — тут же заорала Виолетта. Но указанные собаки тоже боялись и потому забились под ноги людям и оттуда громко лаяли на чудовище.

Дракон в поисках путей к двуногой дичи совершил бросок в сторону и, нечаянно напоровшись на кол, заревел и отскочил. Но пауза длилась недолго, ибо дракон добрался до прицепа-бочки, а потом поддел мордой, с грохотом перевернул набок и стал катить кувырком прямо на пики, ломая на бочке колеса и разбалтывая крепления алюминиевой крышки. Вода, разбрызгиваясь по всей поляне, вылилась на траву, и бочка загремела громче прежнего.