Книга Ведьмочка в Академии Магов 5, страница 11 – Оксана Гринберга

— Кто ты такая? – раздался наполненный свистом голос, и я подумала, что восстановить голосовые связки этому упырю так и не удалось. – И почему ты нас не боишься?

— А что мне вас бояться? – картинно отозвалась я и пожала плечами. Угу, вместе с голубем, на что тот недовольно гукнул. – Да вы, ребята, настоящие красавчики. Так что… встречайте гостью.

Хотя гостье в моем лице очень хотелось нестись отсюда прочь во всю шестилапую прыть Черныша.

Но я видела, как успели развернуть почти все повозки, а тот, кто в караване был за главного, – думаю, тот здоровенный мужик с внушительной бородой – смотрел в мою сторону, все еще медля. Словно дожидался, когда я к ним присоединюсь, хотя должен был уводить свой караван как можно скорее.

Поэтому я махнула рукой. Якобы упырям, хотя на самом деле караванщику.

— А давайте… Давайте я вам спою! – заявила я первое, что стукнуло мне в голову. – Так сказать, за встречу.

Голубь на моем плече завопил так, словно по нему проехала груженая телега, но это был возглас одобрения… как раз совпавший со скрипом тронувшихся повозок. Кто-то из скелетов повернул голову, но я настойчиво продолжала:

— Да, возьму и спою! Здесь и сейчас.

Умею ли я петь – этого я не знала, но собиралась выяснить в процессе.

— Спой, – согласился тот из упырей, кто командовал всей мертвой братией. – Но не на спине же у букха. Или ты все-таки нас боишься?

— Вот еще, – беззаботным голосом отозвалась я, после чего выпала из седла.

Может, язык у меня и был хорошо подвешен и руку мертвому голубю я тоже протянула, зато все остальное закоченело так, что у меня попросту не хватило ловкости элегантно слезть с Черныша.

Наверное, я бы грохнулась на землю, но меня подхватил один из упырей.

— Вот же… мухараша! – пробормотала я, уставившись в его жуткое лицо.

Но рот упыря, похожий на черный провал в черную пропасть, почему-то растянулся в улыбке.

— Она наша! – довольным голосом возвестил он, повернувшись к своему главному.

— Ваша, ваша, – пробормотала я, – чья же еще? Только поставь меня на ноги. И вот еще, мне нужен теплый чай и сухая одежда. Нет, не такие лохмотья, как на вас, а что-нибудь получше. Но главное, чтобы оно было сухим.

Покосилась: забытый мертвыми караван исчезал в темноте, но светлячки они мне оставили, и на том спасибо.

— Песню! – прохрипел один из скелетов.

— Пес-ню! – проклацал челюстью второй, а затем со всех сторон стали раздаваться голоса: – Песню! Песню!

— Сперва чай, – заявила я всем. – Иначе я заболею и умру. Тогда я на вас обижусь, и больше не будет вам никаких песен.

Возможно, упыри окончательно растерялись от моей наглости… Может, их убедил мой голубь или нечаянно вырвавшееся у меня слово «мухараша», но уже скоро я получила сухую одежду, украденную из землянки кладбищенского сторожа: тунику и штаны.

У того же сторожа, сейчас, по словам упырей, спавшего мертвецким пьяным сном, стащили еще и чайник, не забыв похозяйничать в его доме и нагреть воду в очаге. Из еды получилось добыть только засохшую краюху хлеба, которую я скормила Чернышу.

Затем уселась на один из могильных камней и под завывание публики затянула песню.

Хотели – получайте, мне не жалко!

Из гостеприимных объятий местного кладбища я вырвалась где-то через час. Заявила: «Ну вы же понимаете, что у меня гастроли, и вы не одни такие». А потом добавила, что мне нужно ехать дальше.