Книга Шайтан Иван 4, страница 23 – Эдуард Тен

— Господа, я в крепость, нужно заняться перевязкой раненых.

Зимний дворец. Кабинет Императора.

Тишину кабинета нарушал лишь мерный голос Бенкендорфа. Николай I рассеянно слушал еженедельный доклад шефа жандармов. Дела текущие, ничего срочного. И вдруг неожиданное воспоминание.

— Александр Христофорович, — император прервал монотонный отчет, — три недели назад вы обещали представить новые сведения о графине Васильевой. Почему до сих пор молчите? Или новостей нет?

Бенкендорф едва заметно замер, затем, с привычной учтивостью, склонил голову.

— Ваше императорское величество, лишь вчера я получил исчерпывающий доклад. Голос его звучал нарочито ровно, но в глазах мелькнуло что-то острое. — Обнаружены обстоятельства, меняющие ситуацию кардинально. Поэтому я поручил генералу Дубельту перепроверить каждую деталь, прежде чем беспокоить вас.

Николай I приподнял бровь, затем неожиданно усмехнулся:

— И что же столь неожиданное вскрылось? Он откинулся в кресле и с интересом посмотрел на Бенкендорфа. — Не удивлюсь, если об этом уже весь Петербург шепчется в будуарах и гостиных, а мне докладывают последнему.

— Если вы, Александр Христофорович, хотите мне поведать о том, что графиня Васильева вышла замуж за этого есаула Иванова, то уверяю вас, её величество донесла эту новость до меня, со своим, особым, видением этих вестей. Не ожидал с её стороны столь бурной защиты интересов есаула Иванова.- усмехнулся император. Тень недовольства мелькнула в его глазах. Генерал Бенкендорф внимательно отслеживал реакцию императора. — Полковник Лукьянов прекрасно справился со своим заданием. До Императрицы донесли всё и в нужном свете. Нужно отметить полковника и Дубельта — сделал отметку себе Бенкендорф.

— Осмелюсь поддержать её величество. Она хорошо разбирается в людях. Этого у неё не отнять. Она поведала вам, ваше величество о новых вскрывшихся фактах биографии Иванова.

— Да, Александр Христофорович, что он внук подполковника Карамского. Что это меняет, только то, что он внук от непризнанного, внебрачного сына.

— Это не столь важно. Согласен с вами, Ваше величество.- улыбнулся Бенкендорф.

— Что-то ещё? — заинтересовался Николай.

— Да, Ваше величество. В военное ведомство обратился некто Шалаев, надворный советник, доцент философского факультета Петербургского университета. Он просил указать ему место службы есаула Иванова, так как имеет к нему важное дело личного характера. По нашей просьбе — сделал акцент на последнем, Бенкендорф, — он поведал нам следующую историю. Его отец, отставной ротмистр Шалаев, сослуживец и хороший товарищ подполковника Крамского. Не задолго до своей кончины, Крамской сделал Шалаева своим душеприказчиком. В присутствии свидетелей, поверенного, Крамской составил тайное завещание на имя своего сына, Алексея Иванова, в котором указано, что он передает имение Юрьевское со всеми прилагающимися землями и крепостными, в его вечное пользование. Завещание заверено подписями свидетелей и нотариусом. Данное завещание изъято и находиться у меня. Мои люди проверили его, оно является подлинным. На момент составления завещания, в 1832 году, Крамской, не знал о смерти Алексея, от холеры, в 1830 году. Поэтому Шалаев искал Петра Иванова, являющегося прямым и единственным наследником своего отца.