Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 63 – Эдуард Тен

Я вдруг уловил изменение в настроении Александра. Он по-прежнему участвовал в беседе, но мысли его были явно далеко: взгляд снова и снова уплывал куда-то вглубь зала. Я позволил себе проследить за ним и — о чудо! — увидел Зою. Она была юна, воздушна и прекрасна той смиренной красотой, что свойственна распускающемуся нежному бутону. Стоя рядом с братом с опущенными глазами, она казалась юной девицей, впервые вывезенной в свет.

И что поразительнее всего, это волшебство, видимо, было доступно лишь избранным — остальные гости проходили мимо, не одаривая её особым вниманием. Она так виртуозно направляла лучи мужских взглядов, что никто даже не думал подойти и пригласить её на танец. Вдруг Зоя заметила моё наблюдение. Она едва заметно повернулась, изменила угол наклона головы — и будто по мановению волшебной палочки её черты перестроились, превратив её в самую обыкновенную, хоть и милую, провинциалку.

Я невольно тряхнул головой, сбрасывая чары. И вновь передо мной была она — с лёгкой загадочной улыбкой, ослепительная красавица, чей образ врезается в память навсегда.

Передо мной была не просто девушка… Это была ведьма. Её мастерство не было наработанным навыком — это был дар, врождённый и природный, умело отточенный и применяемый с филигранной, почти пугающей точностью. Обладая таким оружием, можно было покорить мир. — Она должна быть в моём арсенале, — пронзила меня мысль. — Такое оружие нельзя упускать ни за что.

Я едва заметно покачал головой, и мой взгляд, будто острое лезвие, нашёл её в толпе, безмолвно передавая неодобрение её игры с цесаревичем.

— Почему? — её мысленный вопрос отозвался в моём сознании с такой же ясностью, как если бы она стояла рядом.

Мы понимали друг друга без слов. Двадцать метров, шумная толпа, сотни взглядов — ничто не мешало нашему безмолвному диалогу, этому поединку взглядов через людское море.

— Я запрещаю. И никаких краж, — мысленно бросил я в ответ, вкладывая в приказ всю силу своей воли.

На периферии сознания, словно лёгкое, насмешливое дуновение, проскользнуло: — Хорошо.

От напряжения на висках выступила испарина. Я на мгновение ослабил внутренний контроль — этого оказалось достаточно. Зоя попросту испарилась. Взгляд, метнувшийся по залу, не нашёл ни её силуэта, ни отсвета её платья. Тогда я перевёл глаза на Александра и увидел его растерянное, бледное лицо. Его взгляд беспокойно метался по толпе. Цесаревич с трудом заставил себя продолжить беседу, но поминутно вздрагивал и обводил зал тревожным взглядом, будто пытаясь разглядеть призрак, растаявший в воздухе.

Успокоив собственное дыхание, я оценивающе посмотрел на Булавина. Никакой реакции. Словно он и не видел никого. А ведь ещё по дороге из Тифлиса он не скрывал своего пылкого увлечения Зоей.

— Кратковременное помрачение рассудка, — смущённо пробормотал он позже.

— Значит, так… Гипнотическое воздействие на потенциального клиента, — мелькнула у меня догадка, пока я рассеянно наблюдал за цесаревичем. Казалось, он успокоился, но время от времени его взгляд всё же тревожно скользил по залу, выдавая внутреннее смятение.

Вспоминая мимолётное общение с Зоей, я с внезапной ясностью осознал: она пыталась на меня воздействовать. Но её чары разбились о невидимый барьер, не найдя ни малейшей щели.