Книга Карлос навсегда. Жизнь революционера, страница 131 – Игорь Молотов

Подводя итог самым значительным выдержкам из марксистско-исламской доктрины, которую предлагает в качестве политической альтернативы Карлос, легко отметить, что это не имеет ничего общего с тем, что сейчас происходит на Ближнем Востоке. Я имею ввиду экспансию «Исламского государства». Карлос рассматривает Ислам как современный пассионарный кулак и знамя под которым сражается революция. К религиозным догмам, конечно, это имеет опосредованное отношение. В заключении, я приведу его комюнике, посвящеенное теме светского государства:

И. Рамирес Санчес, Пуасси, 21 марта 2016 г.

Светский характер

Светский характерпонимается, как нечто «отделенное от Церкви и(или) от Государства).

Светский характер – это добродетель французской революции, который пропал вместе с ее падением.

Светскость должна включать в себя равноправие ВСЕХ верующих и неверующих, всех религиозных практик.

В странах с большим количеством вероисповеданий, светскость позволяет избежать религиозных конфликтов.

ДА ЗДРАВСТВУЕТ СВЕТСКИЙ ХАРАКТЕР!

ALLAHOU AKBAR!

В общем шах и мат, любителям назвать Карлоса исламским террористом. Однако сегодня идеология «Революционного ислама» пользуется популярностью в Турции и на Ближнем Востоке.

Планируемую всеевропейскую атаку Саддаму Хусейну осуществить так и не удалось – война закончилась уже 28 февраля 1991. За несколько дней до этого Саддам в выступлении по радио поздравил иракцев с победой над коалиционными силами, но признал, что иракские войска вынуждены покинуть Кувейт, а уже утром 28 февраля он объявил о прекращении огня и принятии Ираком всех требований ООН.

Существуют разные оценки потерь Ирака в войне 1991 года. Сразу после завершения боевых действий в западных СМИ сообщалось, что число погибших иракцев может достигать 100 тыс. человек. Некоторые авторы придерживаются ещё более высоких чисел – до 200 тыс. погибших. Главные же потери были репутационными: без поддержки Советского Союза США с легкостью, своими и чужими руками, сминала неугодные режимы. Мусульманская умма была полна энтузиазма, но его было недостаточно для противостояния с могущественными, хорошо вооруженными силами.

Поражение Ирак в той войне Карлос встретил в Дамаске, тоже по своему в осадном положении. В это время ЦРУ уже вели активную оперативную работу по его поимки подбивая к сотрудничеству ДСТ, которые вроде бы и забыли о его существовании, или сделали вид. Но тут информацию к размышлению подкинули сирийские коллеги, которые известили главу французской безопасности Жака Фурне о готовящемся визит Карлоса в Восточную Европу. И словно чувствую подвох революционер отказывается от поездки оставляя с носом французов, американцев и сирийцев, уже готовых при первой возможности избавиться от дорого гостя, заработав очки в глазах западных партнеров.

Все эти игры франко-американских разведок мало волновали Карлоса – он был отвлечен, то эвакуацией из Восточного блока, то привыканием к новой жизни в Дамаске. Карлос позднее вспоминал, что «из долгих лет странствий и сражений вынес особую привязанность к городам, отмеченным знаком великой страсти: Лондон, Москва, Будапешт, Амман, Дамаск, Бейрут и Париж». А вот про его местонахождение в «городе большой страсти» Дамаске написали сразу несколько европейских газет указав при этом его вымышленные мексиканские имена, под которыми он скрывался в Сирии. Еще один неприятным проявлением внимания стала охота журналиста еврейского происхождения Сержа Кларсфельда на беглого нацистского офицера Бруннера. Мало того, что Кларсфельд трубил из каждой бочки о месте, где скрывается Бруннер, он требовал наказать Асада от укрывательства международных злодеев. В их число априори попадал и Карлос.