Книга Антиглобализм на тропе войны. Борьба против нового мирового порядка, страница 90 – Александр Лозье

В конечном счёте мы знали, что сделали не больше, чем замедлили процесс. В конце концов, был май, и большинство лидеров движения – включая меня – не вернутся на осенний семестр. Созданный нами импульс мог больше не существовать после летних каникул. Мы заверили младших студентов, что продолжим поддерживать их как сможем. Однако было ясно, что наши мысли и внимание дрейфуют в сторону наших будущих планов – будущего, которое в тот момент казалось безграничным и полным бесконечных возможностей.

В последние дни семестра всё разваливалось таким образом, который казался одновременно печальным и сладким. Мы с Мирой гордились проделанной работой и остро осознавали тот факт, что стали лидерами и образцами для подражания для нескольких младших однокурсников. Теперь мы заканчивали учёбу и оставляли всё это позади. Кроме того, закончился срок аренды фермерского дома. Я съехал, упаковав свои скудные пожитки в пару коробок и засунув их в заднюю часть джипа Исаака, пока он и Мэгги искали новое место для жилья. Затем я помог Мире собрать её собственные вещи в доме, где она жила с несколькими другими людьми через дорогу от кампуса.

Мы с Мирой передавали друг другу трубку, пока упаковывали вещи и слушали регги. Мы были в своём мире, как в переносном, так и в прямом смысле, учитывая, что все остальные в доме уже съехали. Когда мы закончили, Мира кое-что поняла.

— Подожди, где мы должны спать сегодня ночью?

Мы были так заняты планированием, что никто из нас не осознал, что нам некуда идти. Дом был пуст, и её кровать уже была перевезена на склад. Фермерский дом тоже был освобождён, и хотя Исаак и Мэгги нашли место ближе к городу, договор аренды ещё не был подписан. Мы с Мирой рассмеялись над нашим положением, одновременно наслаждаясь чувством свободы от бездомности, по крайней мере на одну ночь. Песня Боба Марли «No Woman, No Cry», игравшая по её радио, казалась странно подходящей к этому моменту.

Единственным местом, где можно было лечь в доме, был маленький двухместный диванчик, одиноко стоявший в гостиной, окружённый запечатанными картонными коробками. Мы легли на диван вместе, пытаясь уснуть, смеясь, потому что он оказался слишком маленьким для нас обоих, и я постоянно соскальзывал на пол. Наконец, вероятно, потому что мы были так истощены, нам удалось заснуть. Утро наступило как будто мгновенно, свет проникал в окна без штор, её вес всё ещё был на мне. Это было чувство близости, которого я никогда раньше не знал.

Новый дом, который нашли Исаак и Мэгги, находился на Олив-стрит, поэтому мы начали называть его «Олив Хаус», и это название прижилось. Когда пришло время обсуждать условия проживания, я согласился занять худшую комнату в доме – учитывая, что вряд ли буду жить там дольше лета. Я согласился поехать в Бостон осенью, после того как получу зачёт по физкультуре, чтобы продолжить помогать Дэвиду Редмону с его документальным фильмом. Комната была худшей, потому что примыкала к единственной ванной – это означало, что все, кто там жил (по крайней мере нас шестеро), будут проходить через мою спальню каждый раз, когда им нужно будет ею воспользоваться.