Онлайн книга «Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии»
|
«Значительная сумма денег ушла в никуда. Мы считаем это утверждение в значительной степени верным. Североирландское жилищное управление выплатило по контрактам значительно больше денег, чем было оправдано, и ясно, что они не получили ценности за свои деньги. Мы оцениваем, что в отношении Мойарда и Терф-Лодж более удовлетворительные контрактные условия и договорённости могли бы сэкономить 800 000 фунтов, и есть также веские основания предполагать, что работы в Уайтроке и Спрингхилле обошлись дороже, чем должны были. Во время рассмотрения утверждений нам было известно, что различными лицами выдвигались цифры цифры относительно суммы, якобы потерянной NIHE. Некоторые называли цифры до 3, 4 или даже 10 миллионов фунтов. Мы уверены, что эти цифры сильно преувеличивают размер превышения затрат и не имеют фактических оснований. Ещё одно утверждение заключается в том, что строительные фирмы, контролируемые членами ИРА, создавались для выполнения работ и взимали грабительские ставки. Это утверждение не может быть положительно подтверждено. Фирмы, занятые на этих контрактах, нанимали бывших интернированных, и Андерсонстаунский кооператив был создан интернированными. Все фирмы, вероятно, находились под влиянием парамилитарных формирований, но нет никаких доказательств того, что они были созданы специально для выполнения работ и взимания грабительских ставок. … Именно нестрогий характер контрактов и отсутствие тщательного надзора стали причиной потери денег». Доклад исключил правонарушения со стороны сотрудников Жилищного управления, признал, что одна компания под давлением заплатила ИРА 5000 фунтов, но не смог окончательно разобраться с утверждениями о том, что рабочая сила регулярно платила ИРА: «Нет прямых доказательств выплат отдельных рабочих ИРА, но есть свидетельства того, что такие выплаты производились. Установлено, что регулярные вычеты, обычно по 1 фунту в неделю, производились из заработной платы рабочих в качестве взносов в “Зелёный крест” (фонд, по-видимому, созданный для оказания финансовой помощи семьям заключённых, интернированных и подследственных), но у нас нет доказательств того, что какие‐либо из этих денег попали в ИРА». Падди Девлин считает, что отчёт судьи Роланда был неадекватным, потому что полиция в то время не была организована для расследования мошенничества, и поэтому вклад полиции был минимальным. Ключевой свидетель покинул юрисдикцию до того, как его роль в рэкете могла быть изучена. Этот свидетель находился под давлением как со стороны Временной ИРА, так и Официальной ИРА, потому что он знал о внутренних сделках, которые позволили этим группам манипулировать финансированием жилищной реконструкции и восстановления. Девлин говорит, что отчёт Роланда ограничил период расследования мошенничества тремя годами; затем на строительных площадках появились банды с оружием и приказали законным подрядчикам и субподрядчикам освободить площадки в пользу предприятий, готовых иметь дело с парамилитарными формированиями. Временная ИРА была, пожалуй, единственной организацией, которая направляла большую часть своих средств на финансирование войны, несмотря на сообщения об обратном. Кампания «прово» требовала финансирования по трём направлениям: во‐первых, закупка оружия на международном рынке вооружений; во‐вторых, заработная плата добровольцев активной службы и выплаты семьям заключённых и погибших членов; в‐третьих, закупка пропагандистских материалов и расходы на реализацию стратегии избирательных урн. Время от времени в СМИ появлялись хорошо спланированные сообщения, исходящие из разведывательного сообщества, в которых утверждалось, что ИРА использует свои средства для финансирования экстравагантного образа жизни своих членов. Такие сообщения имели мало фактических оснований и были предназначены для того, чтобы изобразить ИРА как организацию мафиозного типа, а не как идеологически мотивированную армию. Как и большинство писателей и журналистов, я не встречал членов ИРА, которые вели бы показную и дорогостоящую жизнь. Однако я встречал нескольких бывших лидеров УДА, которые не прилагали усилий, чтобы скрыть богатство, приобретённое в результате рэкета. В настоящее время все парамилитарные организации следят за тем, чтобы никакая роскошь не была заметна, поскольку это только вредит общественному имиджу терроризма. |