Книга Там, где цветёт папоротник, страница 19 – Анна Корнова

— Даш, я с тобой серьёзно разговариваю, – Влад повысил голос. – Человек пропал, а ты всё с шуточками своими!

— Я не шучу, Владик, какие уж тут шутки! Я домой пошла, а Светка сюда вернулась, и что между вами тут было, я не знаю. Но Светка пропала, а у тебя новая баба живёт. Я и в полиции это расскажу.

Даша ни секунды не сомневалась, что Влад ничего не знает о случившемся со Светланой, но её бесило присутствие этой тёлки, одетой во Владькину футболку. И явное высокомерие от этой красотки исходило, ни слова не говорила, но смотрела на Дашу так, будто та ей чем-то обязана. Где её Влад подцепил? Со Светкой жил, теперь с этой, длиннобудылой, живет, а её, Дарью, опять, в который уже раз, по боку!

Снежана почувствовала волну неприязни, идущую от пришедшей к Владиславу девицы, встала и ушла из кухни: зачем злой взгляд терпеть? Обереги с неё лютичи сорвали, платок, вышитый обережными знаками, в той сторожке остался, откуда её неведомая сила выдернула, значит, без защиты осталась, и Даша эта может любую порчу напустить. Спаси нас, Макошь, от чёрного, от жёлтого глазу, от плохого часу!

С этими неспокойными мыслями Снежана пошла в комнату, села у окна и, скрестив пальцы, стала просить у светлой богини Макоши защиты для себя и Владислава (до конца смысл его разговора с Дашей Снежана не поняла, но, что и ему беда грозит, уяснила).

На кухне внимания не обратили на уход Снежаны, разговор давно шёл на повышенных тонах:

— Где ты эту подцепил?

— Эта родственница, из провинции приехала, – Влад понял, что пока статус Снежаны не выяснится, с Дашкой говорить бесполезно.

— Откуда именно?

— Из Чичерска, – вспомнил рассказ своей гостьи Влад.

— Это где?

— Под Смоленском, – где Чичерск, Влад не знал, но раз Снежана к жениху в Смоленск ехала, значит, Чичерск где-то рядом.

— Что-то ты раньше никогда про смоленских родственников не рассказывал, – проворчала Даша, но градус агрессии сбавила.

— Ну, вот теперь рассказываю. Ты объясни, если Светка домой вернулась, как ты говоришь, почему сумку не взяла, телефон оставила?

— Откуда я знаю! – в голосе Даши вновь зазвучало раздражение. – Я её уже на выходе встретила. Я из подъезда выходила, а она заходила. Всё!

— А это точно Светка была? Ты не ошиблась?

— Я пока ещё не ослепла. В общем, так: я в полицию не пойду. Выкручивайся сам. А эта родственница твоя надолго приехала?

— Пока не надоест, – огрызнулся Влад.

А Снежана тем временем смотрела в окно: сколько же чудес! Жаль, что ни родные её, ни подружки не видят этих самобеглых колясок – машин, не видят каменных домов высотой поболее вековых деревьев, не видят этого чудесного ящика – холодильника, и ещё более чудесного – телевизора. Снежану учили, как подносить чашу почётному гостю, как веретено держать, как вести большое хозяйство… Многому учили княжескую дочь, но ничего из тех знаний в мире, куда занесли её боги, не пригодилось, а что здесь нужно знать, ей пока неведомо.

Смоленский князь Добромысл внешне был спокоен, как и полагается человеку, облечённому властью, но внутри него всё клокотало от новостей, присланных Бориславом. На союз с радимичами много надежд было возложено, а что может крепче союз племён поддержать, чем союз двух семей? Оттого и готовилась свадьба Борислава со Снежаной. Жена Добромысла, княгиня Ладослава, услыхав про нападение на свадебный поезд невесты сына, беспрерывно причитала, что богиня тьмы Мара порезала нити судьбы. Но Добромысл думал иначе: не боги, а кто-то в Киеве прознал про предстоящую свадьбу и с лютичами сговорился, чтобы не пустили радимчанку к кривичам.