Книга Там, где цветёт папоротник, страница 58 – Анна Корнова

Света умела признавать ошибки, но ошибка ли её настойчивость, которую ей ставят в вину? Упрёк Дашки объяснить можно тем, что ей неловко было – её с чужим парнем застали, вот она и начала всех вокруг винить не пойми в чём. Но и Борислав практически то же самое сказал. И почему так задели слова Борислава? Светлана задумалась: что ей за дело до мнения человека, умершего одиннадцать веков назад? Хочет жить по старинке – пускай живет, это его дело. Вот к волхвам действительно интересно попасть: когда вернётся в свой двадцать первый век, напишет работу о древних славянах, и о волхвах напишет. Ведь о них почти ничего не известно, значит, у неё будет сенсационный исторический материал.

Но мысли вновь и вновь возвращались к словам Борислава, и к нему самому. Вот была у него невеста-красавица, которую он ни разу не видел. Интересно, он очень страдал, что пришлось расстаться с мечтой о прекрасной незнакомке – о чичерской княжне Снежане? А может, он любил какую-нибудь смоленскую девушку, а вопреки собственному желанию на той чичерской княжне должен был жениться, как сказала бы Миляна, «это Смоленску надо». Светлана одёрнула себя: нашла о чём думать – о личной жизни Борислава. Зачем это ей? Лучше собраться с мыслями и вспомнить, что про древних волхвов знает, кроме того, что один из них предрёк Вещему Олегу: «Примешь ты смерть от коня своего».

Вечером остановились в городце на берегу Днепра. Ночевали в доме старейшины. Сам хозяин с хозяйкой и многочисленная детвора ушли спать на сеновал, предоставив гостям нарядную горницу. Светлана уже не раз бывала в подобных избах – полки с расписной деревянной и глиняной посудой, лавки под овчинами, волоковые окна, жаль, что нечем сфотографировать, чтобы приложить иллюстрацию к будущей работе по истории быта древних славян – работе, которую она непременно напишет, когда вернётся домой. Девушка долго не могла заснуть, было душно, мешал храп дружинников и смесь стойких запахов щёлока и печного дыма, въевшаяся в бревенчатые стены.

Наконец Свете надоело ворочаться на жёсткой лавке, она поднялась и вышла из избы. Над головой чернело усыпанное звёздами небо, стоял удивительный, опьяняющий запах лип, и ещё какой-то цветочный аромат пробивался в ночной воздух. Тьма сгустилась до такой степени, что исчезла граница между кронами деревьев и чернотой звёздного неба.

— Чего не спишь? – из темноты раздался голос Борислава.

Светлана вздрогнула от неожиданности.

— Я думала все спят.

— И я то же самое думал, – Борислав подошёл к девушке. – Косу тебе лютичи отрезали или до того случилось?

— У меня косы никогда не было. Даже в детстве.

— Не хочешь – не говори.

— Это правда. Я врать не люблю, да и не умею.

— А ты мне сперва понравилась: ладная, лицо хорошее. Даже подумал, что мне женой будешь вместо Снежаны.

— Потом понял, что я не чичерская княжна, и передумал жениться?

— Передумал.

— А зачем ты мне это сейчас рассказал?

— Сам не знаю. Ночь хорошая.

Они стояли очень близко, и Света вдруг почувствовала, как сильно забилось её сердце.

— Спать пошли. Завтра дорога тяжёлая предстоит: весь день по лесам ехать придётся, – Борислав развернулся и пошёл в избу.

Светлана пошла следом. Она чувствовала, что что-то должно было вот-вот случиться, но не случилось. Какая-то искра вспыхнула этой волшебной ночью и погасла, не успев разгореться.