Книга Замужество в подарок, или Дебют попаданки, страница 2 – Джулия Поздно

Наше обучение целиком и полностью легло на мои плечи. Начиная от аксарийского языка и заканчивая той самой историей, над изучением которой так страдала Анжел. В положенные девять лет Роберта не отдали на обучение в пансион для мальчиков первого уровня. Я погоревала какое-то время, но затем узнала, что если через год он успешно сдаст вступительные экзамены, то его вполне могут принять в пансион третьего уровня и даже выплачивать небольшую стипендию при условии отличной учебы.

Оставить своего брата без образования я не могла. Поэтому вот уже три месяца занимаюсь его обучением в нашей комнате, чудом выпросив для учебного процесса небольшой стол и скамейку. О доске и еще каких-либо. совершенствах и речи быть не могло. Но я и этим была довольна.

Повезло, что ранее я успела получить достойное образование от частных учителей, но тете с дядей вовсе не собиралась докладывать об этом. Особенно о проявившемся магическом даре, который я намеревалась скрывать. как можно дольше. С родителями Даньелзы общались мало, и в последний раз нас всех они видели на крещении Роберта, особо не вникая в заботы Треворов. Их в те времена больше увлекала столичная жизнь, и в нашу глушь они вернулись лишь тогда, когда их состояние изрядно обмельчало, а дядюшка успешно оброс. Долговыми обязательствами. Смерть наших родителей им пришлась на руку. Прилюдно погоревав около месяца, они учинили свои порядки в особняке, любимые вещи родителей были проданы с молотка, а нам любезно выделили одну небольшую комнату во флигеле особняка.

Поэтому во всем этом меня волновало лишь одно: чтобы нас не разлучили с Робертом. Я была готова помогать по дому, учить брата и ни на что не претендовать по возможности. Почему-то меня не покидала тревога, что при желании Даньелзы легко могли от нас избавиться, но пока Роберту не исполнилось восемнадцать, этого не произойдет. Нанимать ему няньку — это лишние траты, поэтому-то меня и не выдают замуж, и уж тем более мне не светит очутиться ни на каком балу, о котором вскользь обмолвилась Тресси Даньелз.

Отряхнув Роберта от остатков снега, я взяла мальчика за руку и повела к входу, которым пользовались исключительно слуги. Дядя точно не станет нас окликать, так как дневная прогулка в лес носила сугубо деловой и договорной характер. Мы должны были усердно изображать видимость хороших отношений, что семейство Даньелзов широкой души люди, которые не отвергают племянников. И всецело занимаются воспитанием не только своего ребенка в лице Анжел, но и ‘детей почивших Треворов.

Я согласилась на эту авантюру лишь по одной причине — у нас появилась возможность официально покидать стены особняка, а не гулять, как псам, на привязи всю оставшуюся жизнь. Хоть какое-то разнообразие, и Роберту раздолье —он все-таки мальчик и весьма активный ребенок.

По линии Треворов нам передался с Робертом особенный дар — предвидения и две из пяти стихий. Роберт повелевал землей, я же унаследовала от отца магию воды. Дядюшка был огневиком, а вот тетушку магическое наследство обошло, как и ее дочь. Поэтому на рынке невест моя драгоценная кузина теряла в очках. А как говорится, одной красотой сыт не будешь, поэтому леди Даньелз шла на всевозможные ухищрения, чтобы перспективней сосватать свою дочку, желательно за мага. Я даже и предположить не могла, каким образом можно задобрить одного, из молодых магов, чтобы они сделали ставку на такую пустышку, как Анжел. Но так как замужество мне в принципе не светило, я смирилась со своей участью гувернантки в собственном доме.