Книга Наследница забытой усадьбы, страница 49 – Джулия Поздно

Но мысль о Максане въедливо засела в голове и не давала расслабиться.

В таких размышлениях подошла к конюшне. Бульбани стояли в загоне, опустив головы вниз и прикрыв глаза.

«Как можно стоя спать? Это же так неудобно?» — подумала я.

— Хозяйка, что привело вас в поздний час на конюшню? — хриплый голос конюха вырвал меня из хаоса мыслей в голове.

Я посмотрела на конюха и тут меня осенило.

— Хочу прокатиться на лошади! Верхом!

— Да как можно, у вас же совсем нет навыка верховой езды.

— И не будет, если не сяду на лошадь. Ничего сложного. Сотни раз видела в фильмах, как это легко делаю актеры.

— Где видели? Кто? — удивленно переспросил слуга.

Я мысленно отругала себя за очередную оплошность языка и быстро перевела беседу в другое русло:

— Дай мне самую смирную.

— Так выбор небольшой, у нас всего жеребец и кобыла. Оба в возрасте. Норов спокойный.

— Тогда жеребца.

— Как прикажите. Сейчас только запрягу и принесу, чудом сохранившееся от прежней хозяйки седло.

Через несколько минут конюх вывел гнедого жеребца, Черные глаза, густая грива, длинный пушистый хвост — одним словом красавец. Я подошла вплотную и провела рукой по гриве. Жеребец слегка фыркнул и мотнул головой.

— Вот ножку сюда и бочком, — конюх тыкал пальцем в специальные приспособления.

Бочком мне не хотелось. Но крутить голыми икрами в платье при мужчине, пусть и конюхе, так себе история. Да и времена другие.

Через несколько минут, я с довольным видом уселась на жеребца. В руках поводья, под пятой точкой седло из кожи, отороченное серебряным шнуром.

— Мервин — славный конь. Расслабьте руки, поводья удерживайте ровно. Сохраняйте спокойствие и не подгоняйте его. Шагом…Просто шагом. — давал последнее напутствие слуга.

Я вытянула руку вперед, жеребец коснулся ее носом. Стало щекотно.

Конюх поднял палку «типа нашего шлагбаума» и слегка шлепнул Мервина по крупу. И мы пошли…

Страха не было. Двигались по пустынной улице. Мерное покачивание даже нравилось. Тем не менее меня подкидывало в седле с каждым новым шагом, все выше и выше. Гордость распирала изнутри. Желание покрасоваться или сделать немедленно селфи, погасило все другие разумные чувства. Я одной рукой прихватила жеребца за гриву и слегка наклонилась корпусом. Очень даже зря.

В животном взыграла былая удаль. Он резко повернул в сторону и в прямом смысле слова понесся рывком вперед. Не знаю, как там это называют: «галопом» или «рысью».

Естественно, что удерживать тело на такой скорости, с толчковыми выбрасываниями из седла — не предоставлялось возможным. Я перебрала все голосовые команды, какие помнила:

— Мервин, тьфу! Тпру! Стоять — я тебе сказала!

Ничего не помогало. Упрямец чувствовал свободу и власть над неумелой наездницей.

— Так глупо, зачем я искала смерть в этом мире? Или она нашла меня? — шептала я, дрожа всем телом от безумного страха.

Меня подбрасывало вверх над седлом. Поводья вылетели из рук. Которыми я едва успела схватиться за шею животного. И тогда случилось непоправимое. Жеребец поднялся на дыбы.

— А-а-а!

Истошный крик разнесся по всей округе. Тело мое начало скатываться вниз, прямо под копыта скакуна.

— А-а-а!

Руки ослабли и разжались. Спасительная шея Мервина освободилась от ручных оков, и я мешком рухнула вниз. Больно ударившись о землю, с широко раскрытыми глазами от ужаса, я наблюдала как прямо над моим лицом появились две подковы, подбитые большими ржавыми гвоздями.