Книга Жена некроманта строим академию!, страница 69 – Наталья Самартцис, Марина Стариченко

Я уже собиралась закрыть дверь кабинета, как краем глаза заметила у противоположной стены слабое свечение. Оно шло тонкой полосой вертикально вдоль всего громадного книжного шкафа, и заинтересовавшись, что это может быть, я подошла поближе.

Дотронувшись до шкафа, я поняла, что часть полок представляли собой секретную дверь, что сейчас была приоткрыта, и именно из-за неё шёл этот свет. Я слегка подтолкнула её, и она совершенно бесшумно открылась. Передо мной был узкой коридор со ступеньками, ведущими вниз – по всей видимости, в освещённый подвал.

На несколько секунд я замешкалась.

Так, Вероника, подумай как следует, стоит ли соваться туда, куда не звали?

Вспомни сказку о Синей Бороде!

Поколебавшись, я всё же открыла дверь пошире.

«Это ради джинна. Он мне помог, и я обязана вернуть долг», – сказала я себе. И, набрав в грудь побольше воздуха, шагнула вниз, придерживаясь руками за холодную стенку.

Как ни странно, чем ниже я спускалась, тем жарче мне становилось – похоже, в подвале на всю катушку работал обогреватель. Дойдя до конца коридора, я поняла, что уже вся вспотела, как будто побывала в раскалённой сауне. Да что же там такое, внизу? Не иначе как целая преисподняя!

В конце коридора тоже была дверь, приоткрытая. Но вот её я толкать не стала, а прильнув, стала смотреть в образовавшуюся щёлку.

Я сразу увидела Кельмора и испытала облегчение от мысли, что он ещё здесь и я могу сообщить ему о джинне, попавшем в ловушку. Но я не двигалась с места, потому что некромант занимался чем-то непонятным, и мне захотелось сначала понаблюдать немного.

Комната, вид на которую мне открывался, напоминала хранилище – там я заметила стеллажи и ниши, в которых лежали и стояли книги и свитки всех возможных размеров. По всей видимости, тут хранились и редкости – на полках можно было увидеть статуэтки из разных, по всей видимости, материалов: глиняные, мраморные, бронзовые и даже золотые, а может, просто позолоченные. Некоторые выглядели старыми и обветшалыми, другие наоборот, сверкали, словно только что вышли из-под руки мастера. Была в хранилище и посуда – самая разная, от чашек с тарелками и до огромных напольных ваз, из некоторых торчали тёмные ветки сухоцвета. Комната была хорошо освещена, и мне удалось рассмотреть много деталей. Но чем дольше я смотрела, тем больше удивлялась: это склад ценностей, что ли? Или просто кладовка для ненужных вещей? Вот уж не думала, что у моего некроманта помимо опустелости, есть ещё и синдром Плюшкина!

Пока я размышляла таким образом, Кельмор вытащил откуда-то круглую лампу, формой и размером напоминающую стандартный школьный глобус. Он что-то сделал с ним, и шар начал ярко светиться. Он почти ослеплял, и я не сразу смогла рассмотреть, что в отсветах этого шара появляются зеленоватые вспышки. Они были странные и тянулись, словно резиновые, за руками некроманта. Сам шар уже висел в воздухе, ни к чему не прикреплённый, а Кельмор всё водил и водил вокруг его поверхности руками, словно хотел погладить. Глаза мужчины были прикрыты в глубокой задумчивости или полусне. Тонкие зелёные струйки света словно вливались в его ладони, распространяясь под кожей – я видела, как они просвечивают по венам даже сквозь его одежду.

Кельмор издал тихий стон удовольствия, чуть приоткрывая глаза, и наши взгляды внезапно встретились.