Книга Горицвет, страница 26 – Диана Чайковская

— А с чем ещё тебе приходилось сталкиваться? – спросил он мирно. Узнать, что же творилось в княжестве, казалось всё более важным. Не зря говорят, что, зная болезнь и её причину, хороший целитель-монах может быстро отыскать средство.

— Ты и впрямь хочешь знать? – Горяна нахмурилась. – Осмотрись получше. Духи повсюду следуют за нами. Они бывают добрые и не очень. Бывают те, кто хочет крови или младенца. Бывают те, кто забавы ради подменяет их.

Её речь вилась волнами ветра, журчащей рекой, шелестом трав. Андруш словно наяву видел, как лесная девка, мавка, подкладывает в постель своего выкормыша и забирает людское дитя. Оно вопит, зовя мать, но та спит, убаюканная песнью мёртвых.

Ещё миг – и Андруш бы уверовал в силу духов и то, что с нечистью можно поговорить, отыскать путь к сердцу или тому, что от него осталось. Нет, нельзя так! С тварями нечистыми якшаться – что душу мглой пятнать. Вовремя звякнул крест на груди, подсказывая: нет, нельзя, иначе – погибель.

А что, если всё-таки да?..

— Так и живём, – Горяна облизнула губы. – Можешь расспросить купцов, они тебе тоже всякого наговорят. Только осторожнее, а то они порой видят то, чего не бывает.

До жути захотелось перекреститься, аж руки засвербели. Конь спокойно шагал по улице, задевая животом кустарники. Вдали ждал враг. По рассказам местных, степняки были ещё темнее, а их обычаи – ещё дальше от людских. Впрочем, Андруш уже не знал, чему верить, кого спасать и спасать ли.

«Не забывай, зачем ты ввязался в это», – он вовремя одёрнул себя.

Случай с плачущей тварью вынудил его позабыть о главном – о зёрнах, которые вот-вот упадут в благодатную почву. Это сейчас мужикам и молодым витязям хорошо, ведь они не знают или не помнят вкуса крови и отчаяния – но через день-другой многие побегут к Андрушу и будут спрашивать о Боге. И славно, если он сам не лишится рассудка и сможет им рассказать о небе. А ещё – о том, как не забыть себя среди звона оружия и звериных рыков.

— Не понимаю я тебя, – хмыкнула Горяна. – Твой бог ведь запрещает убивать и велит покоряться доле. Зачем ты тогда ввязался в поход?

— В сытые и славные времена верить может всякий, – возразил Андруш. – А ты попробуй хранить веру в сердце, когда вокруг все Божьи создания сходят с ума и рвут друг друга, подобно волкам.

— Испытать себя решил? – Её голос сочился насмешкой. – Ну попробуй!

Не верит. Думает, сломается и обратится ко злу, как и любой человек, которого переполнила боль. Только Андрушу терять нечего: ни близких, ни богатства. Ничего, кроме Бога и преданности Ему, а с таким сокровищем расставаться – грех. Хотя вот, пару мгновений назад чуть не уверовал в возможность достучаться до сердец тёмных тварей, да и вообще в то, что есть у них сердца! Позор!

Щёки загорелись от стыда. Андруш чуть не свернул с правильного пути, да и молился плохо, раз нечисть не сразу покорилась. Жаль, в дороге нельзя истязать себя плетью. Остановиться бы, размалевать спину умелой рукой. Тогда и на душе полегчало бы, и удушающая вина исчезла бы, оставив в покое очищенные сердце и разум.

Сбоку послышалось лошадиное ржание. Андруш повернул голову и увидел, как одинокий всадник несётся, прорезая ряды обозов. Взмыленный белоснежный конь – редкий красавец – пролетел в нескольких локтях и скрылся впереди, за простыми кобылами и жеребцами разбавленной крови.