Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 107 – Сергей Карелин

Мила, не отрывая взгляда от моих глаз, хриплым эхом повторила за ней каждое слово. Без запинки, без дрожи в голосе. Она произносила приговор самой себе.

— Дай ей руку, — скомандовала Алена, положив на мою ладонь камень.

Я шагнул вперед, и Мила положила свою руку поверх камня. Как только наши раны соприкоснулись, тот вспыхнул багровым светом.

Боль пришла мгновенно. Казалось, будто по моим венам от кисти до самого сердца пустили невидимую раскаленную проволоку с сотней мелких шипов. Я стиснул зубы, чтобы не застонать, когда мышцы руки свело судорогой, но ладонь не отнял. Мила побледнела еще сильнее. Она терпела молча, лишь на шее вздулись вены.

Свет пульсировал в такт нашим сердцам, затем резко мигнул и погас, а вместе с ним растаял и камень. Система, до этого находившаяся в фоновом режиме, тут же взорвалась перед глазами уведомлением:

Внимание! Внешнее магическое воздействие зафиксировано

Тип воздействия: Ритуал Крови (Клятва Подчинения)

Связь успешно установлена

Статус: вы являетесь Доминантом связи

Угроза носителю: отсутствует

Мила медленно разжала пальцы и убрала руку. Я посмотрел на свою ладонь. Надрез, который только что сделал, уже потемнел и стянулся, словно кровь запеклась мгновенно, оставив лишь небольшой шрам. У Милы на руке был точно такой же.

Я отступил на шаг, вытирая остатки крови о штанину, и убрал пистолет в кобуру.

— Клятва принесена. Теперь, — сказал, скрестив руки на груди, — говори. Я хочу знать все. От начала и до конца.

Она прикрыла глаза, прислонившись спиной к косяку двери, словно у нее больше не было сил стоять прямо.

— Это началось еще ночью, в Коломне… — Ее голос был тихим, надломленным. — Меня перехватили люди Дмитрия Волконского. Не прямо на станции — они не хотели лишних свидетелей. Меня взяли в переулке у гостиницы. Профессионалы. Без шума, без лишних движений. Они знали, где я остановилась. Знали про тебя, про наш маршрут. Они знали про нас вообще все, Миша. Каждую мелочь.

— И? Что они предложили? Золотые горы?

— Они не предлагали денег. — Она горько усмехнулась. — Такие люди не покупают тех, кого могут заставить. Они просто показали мне фотографии.

Мила судорожно сглотнула, ее глаза наполнились непролитыми слезами, которые она отчаянно пыталась сдержать.

— Моей матери и младшего брата. Они живут под Рязанью, в небольшом поселке. Ты его не знаешь и никогда не видел. Ему всего семнадцать, Миша. Он в техникуме учится, хочет стать механиком. Мать тяжело больна, она почти не встает, а он за ней смотрит, пока я по Туманам мотаюсь, чтобы оплачивать ее лечение. На этих фотографиях… Они были сняты через снайперский прицел. Перекрестие оптики на груди моего брата, когда он выходил из магазина. Перекрестие на окне нашей кухни, где сидела мама.

В комнате снова стало тяжело дышать. Я молчал, переваривая услышанное. Волконские. Мрази, не знающие ни чести, ни границ.

— Они сказали, — Мила подняла на меня взгляд, полный неприкрытой, звенящей боли, — что, если я не выполню их приказ, Димку и маму убьют. Но не быстро, не сразу. Сказали, что сделают это так, чтобы я успела об этом узнать, чтобы услышала, как они кричат. А только потом возьмутся за меня. Это были не пустые угрозы, Койот. Я видела глаза человека, который мне это говорил. Для него это была просто рутина.