Книга Наследник Тумана, страница 64 – Сергей Карелин

После похорон заехали в госпиталь — забрать выздоровевших. Костя уже стоял на ногах — бледный, но бодрый и даже пытающийся шутить. Остальные тоже оклемались. Магическая медицина творила чудеса.

В девять утра колонна тронулась в путь.

Теперь нас стало меньше. Два броневика и грузовик остались, а вот из людей… Пять бойцов если не считать Семена и двое магов. Два проводника… После вчерашнего боя на нас смотрели по-другому. Ну и плюс Замяцкий в виде балласта.

Прогноз по-прежнему был зеленым, и даже после того, что случилось вчера, очень хотелось ему верить.

Я смотрел на дорогу, уходящую в серую мглу. Золотая нить пульсировала перед глазами, указывая путь.

Колонна шла уже два часа. Семен вел броневик, я сидел рядом с ним, а Мила устроилась у бокового окна. С утра она почти не разговаривала и отворачивалась, стоило мне посмотреть в ее сторону. Я не приставал: после вчерашнего нам обоим было о чем подумать.

Туман держался на зеленом уровне. Сквозь дымку было видно дорогу, вдоль которой тянулась золотая нить. Пока она никуда не сворачивала, и я лишь изредка просил Семена сбавить скорость. За окнами проходили поля, перемежавшиеся лесом. Попадались и деревни, но ни людей, ни скотины возле домов я не заметил. У одной избы провалилась крыша, у другой поперек ворот лежала береза. Здесь давно никто не жил.

Около полудня Семен свернул к заброшенной заправке. На площадке перед колонками хватило места всему каравану, а впереди хорошо просматривалась дорога.

— Двадцать минут стоим, — объявил он, выключая двигатель. — Далеко не расходиться. Кому надо размять ноги, гуляйте возле машин.

Охранники заняли места по краям площадки. Я сел на бетонный блок и достал галеты. Есть не хотелось, но желудок с утра был пустой, а до следующей остановки еще неизвестно сколько ехать. Галеты оказались такими сухими, что каждый кусок приходилось запивать. Пока я возился с флягой, Костя собрал возле себя нескольких бойцов и принялся показывать фокусы. Голубой огонек бегал между его пальцами, исчезал в кулаке и вспыхивал уже в другой руке.

— Ты бы лучше поел, — посоветовал Дмитрий Палыч, сидевший у колеса грузовика. — Вчера едва откачали, а сегодня опять за свое. Голова не болит?

— Уже нет, — Костя показал ему огонек. — Я же понемногу. Тут силы почти не надо.

— Вот это «почти» к вечеру и вспомнишь. Убери, пока я сам не встал.

Костя посмотрел на слушателей, но поддержки не нашел и погасил огонь.

— Ничем у вас заняться нельзя.

— Отдыхать можно. Даже нужно, — ответил лекарь и прикрыл глаза, прислонившись затылком к колесу.

Сам он выглядел не лучше вчерашних раненых.

Замяцкий сидел на подножке грузовика, держа портфель на коленях. После нападения волколаков он стал еще тише и от машины почти не отходил. Когда охранник хлопнул дверью броневика, ученый вздрогнул и прижал портфель к животу. Я невольно посмотрел на грузовой кузов. Что же мы везли, если ради этих ящиков стоило рисковать столькими людьми?

Мила подошла, когда я доедал последнюю галету. Села рядом, оставив между нами немного места, и начала снимать перчатку. Пальцы почему-то не слушались, она раздраженно потянула за ткань.

— Миш, я с утра хочу с тобой поговорить, — наконец сказала она. — За вчерашнее извиниться. Подойти все никак не решалась.