Книга Фиктивная семья для Айсберга, страница 36 – Лина Каро

А теперь он снова ушел в свой стерильный мир, и в доме стало невыносимо тихо. Словно всего этого сумасшедшего дня вообще никогда не было. Словно мне это просто приснилось от усталости.

— Нет, малыш. — Я присаживаюсь перед ней на корточки и заставляю себя улыбнуться. — Дядя Марк занят, не будем ему мешать. Мы сами соберем, хорошо? Ты и я.

— Сами? — Даринка недоверчиво смотрит на меня, потом на коробку.

— Сами. Мы же умные.

Она нетерпеливо пыхтит, пока я стягиваю с нее куртку и ботинки, но послушно топает в ванную. Потом я переодеваю ее в пижамку, переодеваюсь сама в домашнее, и только тогда мы тащим коробку в детскую.

Я сажусь на ковер, вскрываю коробку и высыпаю перед собой ворох пластиковых трубок.

Инструкция на трех языках. Ни на одном из них я ничего не понимаю.

Марк

Я закрываю дверь кабинета и сажусь за стол.

Наконец-то можно спокойно поработать, без детского смеха и разговоров. Здесь моя территория, где действуют только мои правила.

Проект логистического узла я должен был закончить еще вчера, но так и не закончил. Сегодня утром у меня был совет директоров, который я отменил к чертовой матери.

Вместо этого мы отправились в развлекательный центр, где были карусели, батуты, надувные лабиринты, маленькое кафе с жирной картошкой фри, огромный серый заяц и палатка. И маленькая девочка, которая мне, по сути, никто, как и женщина рядом с ней.

Я открываю ноутбук, передо мной появляются сметы, расчеты, ровные столбцы цифр, но сосредоточиться на них не получается.

Перед глазами упорно стоит мелкая на батуте. Она раскинула руки, хохочет на весь павильон, а потом обнимает своего зайца.

Я захлопываю крышку ноутбука, тру переносицу, снова открываю его, но почти сразу закрываю. Встаю, иду к окну, возвращаюсь в кресло и какое-то время бессмысленно смотрю в стену.

Что, черт возьми, со мной происходит?

С тех пор как я закрыл за собой двери отцовского дома и порвал с родителями все отношения, я работаю только на себя. Общее дело с Даниилом и Арсом, своя отдельная фирма — я выстроил всё сам, без единой отцовской копейки.

Я не помню ни одного нормального отпуска, ни одного дня, когда просто валялся бы на диване. Спортзал, бассейн, еда из контейнеров, работа, сон — вся жизнь расписана по часам, и меня это устраивает, потому что так я всё контролирую.

А сегодня я взял и выбросил целый день ради зайца, картошки и двух посторонних, которые свалились мне на голову четыре дня назад.

Ладно, попробуем рассуждать логически. Хартман помешан на семье, через пару дней он прилетает, и если Ломакина с дочкой убедительно сыграют мою счастливую семью, контракт мой. Мое время в обмен на прибыль — обычная инвестиция, и всё правильно.

А вот и нет… Я не привык врать себе, потому что в бизнесе это самый быстрый путь к банкротству.

И правда в том, что я не знаю, зачем купил этого дурацкого зайца, зачем ел эту картошку под их выжидающими взглядами и почему всю дорогу смотрел, как Ксения смеется, запрокидывает голову, морщит нос и прикрывает рот ладонью, будто стесняется.

И хуже всего то, что мне понравилось.

В памяти снова возникает мелкая с улыбкой во весь рот, ее ладошка в моей руке и теплый, лишенный страха голос Ксении в кафе: «Вам очень идет улыбка, Марк Германович».

Из их комнаты доносится шум, приглушенный, но в моем доме он звучит как грохот.