Книга Фиктивная семья для Айсберга, страница 58 – Лина Каро

— Хватит петь, Дима. Зачем ты приехал на самом деле? Не хочешь делиться имуществом? Хочешь, чтобы я от доли в квартире отписалась?

Масляная маска на секунду вспыхивает раздражением. Поняв, что я не ведусь, он придвигается ближе и шипит, оглядываясь на маму:

— Да при чем тут имущество! Твой Рихтер, конечно, перекрыл мне кислород, но дело в другом. Дядя мой, Иннокентий Петрович… Врачи сказали, недели две ему осталось. Максимум.

— И при чем тут твой умирающий дядя?

— При том, что он переписывает завещание! — Дима хватает меня за предплечья, и в глазах у него загорается лихорадочный жадный блеск. — Там его трехкомнатная квартира на Тверской и контрольный пакет акций строительной компании! Это миллионы, Ксюша! Но у старика пунктик на морали, ты же знаешь его характер. Всё достанется мне, только если я примерный семейный человек. Если узнает, что мы разводимся и что я выгнал тебя с ребенком, перепишет всё на благотворительный фонд! Мне кровь из носу нужно быть женатым. Понимаешь ты это своей дурной головой или нет?!

Вот и вся его «любовь». Ему нужен фасад, картинка для умирающего дяди — точно так же, как Марку нужна была фикция для Хартмана. Только Марк заплатил за это честно и защитил моего ребенка, а этот человек продает меня за дядины миллионы.

— Нам просто нужно перетерпеть пару недель! — срывается на крик Дима. — Вернись в Москву, покажемся у его койки, изобразим любящую пару. Старик подпишет бумаги, отойдет в мир иной, и мы богаты! Не будь дурой, на кону наше будущее!

Я с омерзением сбрасываю его руки со своих плеч.

— Нет, Дима. Никуда я с тобой не поеду. Наш брак окончен.

— Да ты с ума сошла! — Лицо у него наливается багровой яростью, и он замахивается. — Ты останешься нищей в этой глуши! Ты…

И в эту самую секунду у нашей покосившейся калитки раздается до боли знакомый скрежет тормозов. Огромный черный «Мерседес» Рихтера замирает у забора, подняв веер брызг из лужи.

Марк

В доме слишком тихо. До звона в ушах.

Стою на пороге комнаты, где жили Ксения и Дарина, руки в карманах. Эта мертвая пустота давит сильнее любого шума. Посреди ковра так и стоит детская палатка. Кровати аккуратно заправлены. На тумбочке забытая мелкая заколка. Утром домработница сунулась было прибраться, начала разбирать эти пластиковые трубки от палатки, а я на нее рявкнул так, что она чуть сквозь землю не провалилась.

Я один в этом стерильном склепе со вчерашнего утра, а по ощущениям — прошла вечность. Сегодня наконец-то подписал контракт с Хартманом. Чистая, сухая, безупречная победа. То, ради чего я пахал месяцами. Но вместо триумфа внутри просто выжженное поле. Будто меня взяли и выпотрошили.

Вся моя жизнь, которой я так гордился, просто бракованная схема. Расписание, контейнеры в холодильнике, стерильный порядок, тишина. Какая же это всё херня. Дорогой, тщательно охраняемый вакуум.

Мой хваленый контроль обнулился в ту же секунду, как здесь появилась Ксения — колючая, вечно спорящая, и эта мелкая девчонка, которая умудрялась заполнить своим визгом вообще каждый угол.

Без них дом мертв. И я в нем тоже.

Перед глазами снова этот вечер в ресторане. Отец, как обычно, царь и бог, хозяин жизни, а рядом с ним Илона.

Когда-то она была моей. Недолго, пока не прикинула всё и не решила, что мой отец — вариант подороже и надежнее. А потом я узнал, что мать в курсе. Знает и просто молчит. Отец в открытую таскает любовницу по ресторанам и приемам, а мать делает вид, что всё нормально.