Книга Волчий клан – 4, страница 13 – Валерий Муллагалеев

— Не выходит, — сообщил Третьяк озадаченно.

— Разумеется, не выходит, — сказал Терехов, который уже несколько минут кружил вокруг него, с интересом разглядывая. — Молодой человек… то есть, э, голем. Вы же не можете сами себя перековать. Это все равно что хирург, оперирующий собственную печень. Нужны инструменты, нужен мастер!

Мы все повернулись и посмотрели в глубину зала, где над конвейером возвышался вросший в пол гигант. Его глазницы тлели тускло-красным.

— Кто мастер? — поднял голову гигант, когда мы подошли.

— Слушай, дружище, — сказал я. — Нам нужна твоя помощь. Надо поправить вот этого товарища. Приделать руку.

— Заготовка семь готова наполовину, — повторил гигант. — Печь остыла. Кто мастер?

— Я мастер.

— Смена не пришла. Жду.

Я потер лицо ладонью.

— Мы уже это проходили, — сказал Игорь. — Его заело.

Мы попробовали активировать гиганта еще несколько раз. Безрезультатно.

— Я знаю! — воскликнул вдруг Рюмин.

Я повернулся к нему.

— Ну?

— Надо сказать ему «пожалуйста», — пояснил он с глумливой ухмылкой.

— Заткнись, пожалуйста.

Терехов после необычно долгого для него молчания заговорил, быстро и вдохновенно:

— Постойте! Постойте-ка… Я полагаю, ему нужно услышать что-то знакомое. Он ждет имени!

— Какого имени?

— Имени магического рода, разумеется! — Терехов, забывшись, схватил меня за рукав. — Ваше благородие, такие мастерские в древних городах принадлежали разным родам, соответственно, големы подчинялись своему дому, своей печати…

— Знать бы еще, кто здесь правил, — прищурился я.

— Именно! — Терехов заметался. — Так, что у нас по Атрагосии… Криноны… это не те. Дом Стилонов занимался магической архитектурой и жречеством… — Он достал из сумки обтрепанный по краям справочник, пролистал, уткнулся в страницу, ведя по ней пальцем сверху вниз. — Во! Ортагоры!

Он захлопнул книжку и задрал голову, глядя мне в лицо.

— Ортагоры, ваше благородие! Род Ортагоров. Големостроение — их специализация, у Микитина в «Аркадийских хрониках» была целая глава о становлении и угасании этого рода. Скажите, что вы из Ортагоров!

Я кивнул и повернулся к гиганту.

— Мастер Ортагор, — отчетливо произнес я.

Гигант вздрогнул.

Из трещин посыпалась пыль, красный свет в глазницах разгорелся ярче. Гигант повернул ко мне голову.

— Дом Ортагоров, — проговорил он медленно, словно смакуя эти слова. — Каков девиз?

Я обернулся к Терехову.

Его глаза расширились. Очки съехали на кончик носа, губы беззвучно шевелились.

— Секундочку, господа, секундочку… У каждого рода был девиз, своего рода словесное заклинание, коим… Ортагоры, хм. Там было что-то про землю и…

— Молчание, — пробубнил гигант, и красный свет в его глазах начал тускнеть. — Ложный приказ. Ждать смену…

— Игнат Тихонович, время! — поторопил я, чувствуя себя ведущим викторины.

— «Прах к праху, глина к глине»! — зажмурившись, выпалил Терехов.

Несколько секунд висела напряженная тишина.

А потом гигант зашевелился, заскрипел и торжественно произнес:

— Дом Ортагоров. Приказывай, мастер.

Я пожал руку Терехову.

— Вы гений, Игнат Тихонович. Без вас мы не справились бы.

Терехов польщенно заулыбался и засопел в прокуренные усы.

Первым делом мастеру понадобились вода и масло, чтобы реанимировать самого гиганта.

Скважина нашлась неподалеку, прикрытая деревянной крышкой. Внизу, метрах в десяти, тускло блестело, тянуло влагой и холодом. Ручной насос заржавел — я давил на рычаг, пока он не обломился. Пришлось закидывать ведро на веревке.