Книга Волчий клан 3, страница 20 – Валерий Муллагалеев

— Ну что вы, граф. Это дела давно минувших дней. У меня сугубо исторический интерес.

* * *

Наконец-то с балом завершили.

Он стал переломным событием, из которого вперед устремилось сразу несколько дорог: отправиться в загадочную Атрагосию для Каменского, вывести на чистую воду пороховых контрабандистов (кстати, где там Репей?) для Канцелярии, да еще с Рюминым, чувствую, дело не закончено.

Тем временем меня поджидали и старые дела. Ратибор должен был уже пройтись по волчьим общинам и пригласить их под мое начало в Красные Родники. Там же меня ждала голова Челищева…

Дел много, всё важное и перспективное. Для начала — на базу. Пришло время навестить свои новые владения — теперь как официально признанный барон.

Мы поехали в Красные Родники на поезде вчетвером. Я, Игорь, Инесса — и старик Ефим, который без умолку рассказывал, как там всё замечательно обустроили. То и дело приходилось останавливать его, когда он начинал в подробностях описывать то, что мы и так вскоре увидим.

Однако по прибытии в Красные Родники обнаружилось, что за время бала произошли новые события, о которых еще никто не знал.

Делая пересадку в Пригорье на узкоколейный поезд, я вспомнил о том, как однажды Свиридов вместе с полицией вытащил меня прямо из вагона. Интересно, снеговик на заднем дворе его усадьбы продолжает стоять, несмотря на лето?

Казалось, всё это было так давно. Тогда я был бесправным новообращенным волколаком, а теперь, глядите-ка, барон.

Настроение у нас четверых было приподнятое. Маленький поезд с тесными вагонами увозил нас в, прямо скажем, захолустье, но это мое захолустье.

Красные Родники были для меня не просто провинциальной волостью. Их я сначала отвоевал, а потом официально получил за особые заслуги перед Державой. Трофей и награда в одном флаконе. Моя отправная точка, родина в этом мире.

То ли еще будет. Чужого нам не надо, но свое мы возьмем, чье бы оно ни было!

— Вон, мельницу починили, — сказал старик Ефим, показывая в окно. В его голосе слышалась сдержанная гордость. Видно было, что свои полномочия дворецкого он распространял и за пределы особняка.

— Одобряю, — кивнул я. — Ты поладил с Митричем?

— Да, барин, хороший он мужик. Семейный. Для старшины волости это важно.

— А что Ратибор?

— Не видал я его.

Значит, не вернулся еще с моего задания. Ходит, как говорится, по городам и весям, собирает волчью общину.

Насчет Ратибора у меня были особые планы. Я помнил его ярый взгляд и приверженность легендам про волколаков. Не забыл я и то, как он единственный встал на мою защиту, когда я валялся обессиленный после схватки с Рыковым и меня собирались добить. Он первый в списке тех, кому я предложу стать волколаком. Когда разберусь, что к чему.

— Немного волнуюсь за ту голову в кристалле, — вполголоса сказал мне Игорь. — Не доверяю я ей.

— Кто она? — всполошилась Инесса. Она услышала фразу, потому что сидела рядом со мной, положив голову на плечо.

— Не она, — ухмыльнулся я. — Он. Потом тебе покажу. Тебе понравится.

— Вряд ли это может кому-то понравиться, — поморщился Игорь. — Лично я считаю, что будет правильным ее уничтожить.

— Разберемся.

За разговорами вслух и воспоминаниями с планами в мыслях мы доехали до Красных Родников.

Никакого перрона и тем более вокзала здесь не было — лишь кто-то покрасил ствол дерева на обочине в красный цвет. Через осиновую рощу устремлялась тропа и вливалась в проселочную дорогу. Дальше виднелось поле, деревня и холм с каменным домом, похожим на замок.