Книга След Бремера, страница 116 – Валерий Муллагалеев

— Как?! – воскликнул Яма. – Как такое может быть?

— Подумай сам. С чего бы вдруг учению о Пути и баализму противоречить друг другу?

Яма хотел сказать о порочности и легкомыслии баалистов и поклонении выдуманным идолам вместо Создателя, но мысли смешались, слова застряли в горле. За последние месяцы он увидел и познал много нового и еще не успел разложить все по полочкам.

— Путь – это следование Истине, очищение и совершенствование, дорога вверх, – пробормотал он. – А баалисты следуют собственным прихотям, сеют скверну и морально разлагаются, и это дорога вниз, – закончил он совсем тихо, подсознательно опасаясь оскорбить понтифика.

Понтифик улыбнулся, снова напомнив хранителя Ирвинга терпением, мягкостью и мудростью. Только Годдард Амальрик был во всем сильнее – терпеливее, мягче, мудрее.

— У путникаесть два пути: один вертикальный, к Создателю, другой горизонтальный, в мире людей. Правильно?

— Да, – сказал Яма. – Нужно душой подниматься вверх, а в жизни идти вперед и делать свое дело наилучшим образом. Непреложная истина.

— Именно так, я рад, что ты сведущ в учении. Знай, культ занимается горизонтальным движением: баалист становится сильным и богатым, окружен красотой и удовольствиями, он смеется над этим миром, и мир смеется вместе с ним. Баалист всеми силами обретает земное счастье. Так почему же некоторые требуют от культа духовных истин и вертикального движения? Нет, эта почетная привилегия принадлежит учению о Пути. Так где же тут противоречие?

— Разве возможно быть одновременно путникоми баалистом? Поклоняться Богу и одновременно обожествлять свои страсти? – спросил Яма. – В человеке главное дух, а не тело. Ноша путника, которую он унесет в вечную жизнь, – это сокровища духа, а не материальные блага.

В глазах понтифика мелькнула злость, однако он медленно моргнул, возвращая взгляду прежнюю лучистость, с терпеливой улыбкой покачал головой и возразил:

— Разве путникне может быть сильным, богатым, красивым? Разве учение о Пути заповедует нам быть несчастными?

Яма задумался и промолчал. У него кончились каверзные вопросы. В глубине он осознавал, что и на заданные вопросы ответов не получил, но не повторять же вопросы снова. Годдард Амальрик сам перешел к вопросам:

— Скажи, чем всю свою жизнь занимаются путники?

— Совершенствуют свою душу, служат Богу и улучшают мир, – медленно сказал Яма, задумавшись над смыслом этих слов сильнее обычного. Понтифик продолжал, не давая Яме погрузиться в размышления.

— Прекрасно. Однако это общие слова. Чем конкретно? Например, деревня, в которой ты вырос. Там жили путникипод руководством хранителя Пути. На душу и служение Богу культ не претендует, но как вы улучшили мир?

Яма молчал.

— Алекс, не стесняйся ответить, в деревенской жизни нет ничего постыдного. Вы занимались хозяйством и читали старинные книги. А что делает культ, моя регия? Мы днем и ночью работаем во славу человека и всех людей.

— А как же баалы? – спросил Яма.

Понтифик отмахнулся:

— Всего лишь метафоры, визуальное подкрепление для людей. Человечество с баалами победило народ Кха и Тьму! Мир изменился – настала новая эпоха, нужно двигаться вперед. Алекс, посмотри в окно, на витраж, как солнечный свет становится цветным, проходя сквозь звезду культа. Теперь это не обычный свет небес, а наш собственный свет. Наш мир! Мы можем сделать его не просто лучше или хуже. Мы сделаем его таким, каким хотим, чтобы люди были счастливы. Люди заслужили золотой век, ты так не считаешь?