Книга След Бремера, страница 34 – Валерий Муллагалеев

Яма захлопал глазами.

— Ты ненавидишь зло и подлость в людях так же сильно, как любишь учение о Пути. Это твой внутренний стержень, и он поможет тебе остаться самим собой там, куда я прошу тебя отправиться.

Этот день начинался хорошо, как и любой летний день в селении путников. Лето в горах Вестмонд всегда немного задерживается, и когда наконец-то наступают теплые ночи, на склонах в кедровых и сосновых рощах поспевает земляника и холодные реки перестают пить снег, тогда хочется безмятежно гулять по долине и жечь ночные костры. В такое время даже обучение в обители путниковтеряет свою притягательность, а любимая библиотечная комната кажется после яркого солнца темным склепом и навевает болезненные детские воспоминания о пересохшем колодце.

Потому Яма после всех дел по хозяйству и ремонту, отработав свой хлеб, предпочитал в летние дни бродить в одиночестве по склонам и полянам. Односельчане старались ему не мешать и не приглашали на совместные гуляния – он всегда отказывался, и они давно смирились. Проведя в деревне детство и юношество, Яма за десять лет так и не прижился здесь по-настоящему, как экзотическое растение не разрастается на овощной грядке.

Сегодня после дневных работ Яма отправился к заводи искупаться перед обедом. Холодная вода взбодрила утомленное на жаре тело и освежила рассудок. Яма плавал и нырял до самого дна, пока мышцы не заныли, грозя судорогой, только тогда он вышел на берег и приступил к энергичным упражнениям под теплым солнцем на прохладном ветре. Несмотря на постоянные практики, подорванное в детстве здоровье не вернулось полностью: тело стало сильным и жилистым, но сохранило пугающую худобу, при которой каждый сустав выделялся, как у скелета, а длинные черные волосы оставались редкими и тусклыми.

Отправленный за ним Дариан – просто Дарри до тех пор, пока не достигнет двенадцати лет, – застал Яму за растяжкой мышц и сказал, что староста Ирвинг ждет в библиотеке. Первая мысль была радостной – может быть, привезли новые книги? Но Дарри догадку опроверг, а на дальнейшие расспросы пожал плечами, мол, староста читал почту и запоздалые городские газеты, а потом стал хмурым и велел позвать Яму. Никогда не случалось такого, чтобы учитель звал в библиотеку посреди дня, когда не было назначено ни занятий, ни работ, и Яма уже тогда ощутил, что в мире что-то переменилось. Случилось как будто что-то незначительное, но многообещающее, как далекий гром за горизонтом.

Дело действительно оказалось в газетах. Раз в сезон в селение приезжал почтальон из Вертхайма – самого южного города Баргена, ближайшего к горам Вестмонд, в которых находилось селение путников. Староста выписывал всю доступную для их глухомани периодику, в том числе вертхаймский еженедельник "Граница" и государственную ежемесячную газету "Слово Хельдена", которая рассылалась по всему Баргену. Почтальон привозил сразу целую пачку газет, напечатанных за три месяца, и так односельчане, пусть с опозданием, знакомились со всеми событиями большого мира. Староста Ирвинг по обыкновению сначала пролистывал все газеты и потом растягивал чтение на пару месяцев. Сегодня он обнаружил, что в официальных газетах появилась новая постоянная рубрика, посвященная Культу баалов, причем вели ее внештатные журналисты – министранты и пресвитеры приходов культа. Естественно, статьи пропагандировали баализм и рекламировали принадлежащие культу заведения. Едва Яма пришел в библиотеку, староста ознакомил его с несколькими статьями и начал этот разговор.