Книга После развода. С чистого листа, страница 16 – Елизавета Найт

Отвечаю ржущими смайлами и пишу.

Я: Я вынесла всю его одежду на мусорку и отдала бомжам. Сейчас покажу.

Нахожу сообщение от Иры и пересылаю его в чат.

Оно производит фурор в чате.

ВИКТОРИЯ: я ору чайкой.

БЭСТИ: дольче бомжана.

САМАНТА: бомжуччи.

КОЛИБРИ: я под столом. Какая ржака!

От их реакции мне становится так хорошо. Потому что, никто не может понять обманутую женщину, как другая обманутая женщина.

И кстати, про финалгон в презервативы и на трусы изменщику я уже слышала и не раз. И мне всегда казалось это ребячеством со слишком серьезными последствиями.

А теперь я считаю, что только так и надо. Чтобы в следующий раз думал, куда совать свою кочерыжку!

Глава 10

Просыпаюсь резко от телефонного звонка.

Ммм.

Я что, забыла выключить звук?

Тянусь к смартфону. Так и есть. Он просто разрывается от громкого звука и вибрации.

На экране высвечивается имя свекрови.

«Ну, конечно, кто же ещё это может быть в шесть утра?» — тяжело вздыхаю.

Интересно, Макс уже просветил маман о своём поведении? Или решил, что это должна сделать я?

А может, он думает, что я постесняюсь рассказать ей правду?

В любом случае разговор предстоит непростой.

— Виолетта, ты где? — раздаётся в трубке голос свекрови, полный раздражения. — Ты где? Почему мне пришлось ждать тебя на остановке?

— И вам доброе утро! — я потягиваюсь в тёплой кровати и жмурюсь от удовольствия.

Хотя в том, что утро доброе, я не уверена.

Хотя бы потому что за окном льёт дождь, а промозглый ветер завывает в вентиляции.

Но я-то в постели и не собираюсь никуда выходить.

— Виолетта! — шипит свекровь, — я промокла насквозь и очень расстроилась. Будь так добра открыть мне дверь. Я уже битый час звоню в домофон...

Конечно, расстроилась.

Почему-то Надежда Васильевна с самого первого дня нашей совместной жизни с Максом решила, что мы просто нуждаемся в её воскресных визитах. А так как она живёт на другом конце города, выезжает всегда рано. Часов в пять, чтобы в пробках не стоять. И очень любит, чтобы мы её встречали на остановке.

Чаще это счастье выпадало на долю Макса, но вот в такие дни, когда он был в «командировках», это сомнительное счастье перепадало мне.

И никакие доводы о том, что нам не нужна домашняя вчерашняя картошка и маринованная капуста, что мы хотим поспать или у нас другие планы, не работали.

Свекровь как штык в шесть утра в воскресенье стояла на нашей остановке и требовала её встретить, поднять её неподъёмные сумки, напоить чаем и развлекать до вечера, пока за ней не заедет свёкор.

Почему он утром не мог довезти её на машине, я за целый год так и не поняла.

— Простите, мама, — произношу с сарказмом, — я, к сожалению, никак не могу вам открыть.

— Что?

Я закрываю глаза и прямо вижу, как увеличиваются глаза свекрови.

— Приятно было поговорить... — собираюсь уже сбросить вызов, надеясь отделаться малой кровью.

Но не тут-то было.

— Виолетта! Что это ты такое говоришь? Ты где? Ты что не дома? — она, видимо, настойчиво жмёт на кнопку вызова на домофоне, а может и звонок у самой двери квартиры. Но звука из моей трубки не слышит.

Потому что меня там нет.

— Нет, Надежда Васильевна, я не дома!

— Что? Как так? — икает свекровь. Но тут же приходит в себя. - Значит так: муж за порог, а мыши в пляс?

Рядом со мной на кровать приземляется Адик.