Книга Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью, страница 143 – Елена Ковальская, Михаил Угаров, Иван Угаров

Друг ему, возможно, предлагает пойти с ним, но он отказывается, потому что ему нужно ехать на встречу с девушкой.

Дальше сцена у метро. Когда он должен спуститься в метро, но там встречается с милиционером на фоне всех этих…

Здесь, наверно, понадобятся дополнительные материалы, чтобы создать атмосферу… Нужен видеоряд, что-то такое.

Фанаты, они идут по городу, проезжают колонны омоновцев, что-то такое.

В итоге герой не едет на встречу с девушкой. Он трусит. Вместо этого он идет в кинотеатр «Художественный».

Денисова: А «трусит» – это как выражается в сцене? То есть он мелко задрожал?

Камалов: Он уходит с другом в кинотеатр «Художественный».

Денисова: Ну-у-у…

Шабурова: Он просто захотел с другом в кино!

Денисова: Мы не сможем понять, если он уходит с другом, что он струсил. Он звонит девушке?

Камалов: Нет, он не звонит. Он уходит с другом.

Денисова: Просто интересно, какими способами вы передали перемену решений?

Камалов: Да-а. Интересно, действительно.

(смех в аудитории)

Денисова: Как это будет выражаться? Трагической игрой актера? Должны быть какие-то действия.

Камалов: Разговор с милиционерами, может. Я не знаю. Не могу сказать.

Денисова: И дальше?

Камалов: А дальше – электричка. Он возвращается в электричке, и тут встречает группу фанатов. Он одиноко сидит в электричке. И вдруг в вагон с ревом врывается группа фанатов – с криками и свистом… Проходят мимо него.

Денисова: Угу. И опять у него трагическая игра лицом.

Камалов: Опять у него трагическое лицо, они проходят мимо него. В общем, все, наверно.

Денисова: Просто есть закон для драматургии и для кино: мы все показываем через действие. Мы не можем показать, что человек агорафоб, то есть боится открытого пространства, если просто показываем, что он сидит в доме. Как вы поймете, что он – агорафоб? Никак. Значит, нужно создать давление обстоятельств на него. Представьте, что это упражнение. Как показать, что человек – агорафоб?

Дегтярева: Он начинает потеть, нервничать. Мы показываем, как человек нервничает.

Денисова: Ну нет. Что вы сделаете как драматург, сценарист, режиссер, чтобы показать, что он не может выйти из квартиры?

Кошкина: Создать необходимость выйти.

Денисова: Как?

Хорева: Дом загорелся, например.

Денисова: Дом загорелся. Отлично. Еще что?

Мостинец: Его ограбили. Вынесли всю еду, все деньги, все. И один сидит, и если он не выйдет, он умрет. (смех в аудитории)

Денисова: Он не выйдет. Он больной.

Кошкина: Лучше, чтобы он боролся с собой. Надо кого-то спасти, кто ему близок и дорог. За пределами дома.

Денисова: Вот, это уже горячо.

Самую смешную идею, которую я слышала: группа дезинсекторов приезжает в квартиру травить тараканов, они просят его уйти – а он не выходит. Комическая ситуация.

Так, дополнительные материалы – хроника?

Камалов: Да, хроника.

Денисова: Расследования вы бы проводили?

Камалов: Нет. Финал я рассказал.

Угаров: Подождите. А финал какой? Проходят фанаты по электричке – это финал?

Камалов: Угу. Был вариант, что его убьют.

Жиряков: Или побьют.

Камалов: Но это прямо драма-драма – такая ситуация, о которой вы говорите.

Сыроечковская: А может быть, они направляются к нему с недобрыми лицами, но в итоге проходят мимо?

Камалов: Нет, понимаете? Они проходят… Они его даже не заметили! Он один сидит в вагоне.