Книга Бухта Тихая. 30 лет нетихой жизни, страница 34 – Дмитрий Киселев

Магнитный павильон, построенный в б. Тихая в 1931 г.

Фото автора, лето 2012 г.

Новое каркасное здание площадью 60 кв. метров находилось на самой дальней восточной окраине поселка. Таковы были требования, предъявлявшиеся к магнитным лабораториям – ни радиостанция, ни генераторная не должны были оказывать никакого влияния на работу высокочувствительных инструментов. Более того, посторонние в магнитный павильон не допускались, а магнитолог избавлялся от всех металлических предметов перед каждым визитом на рабочее место. В стенах здания не было ни одного железного гвоздя, все металлические детали были сделаны из специального медного сплава и даже колосники в отопительной печи были хитроумно выложены из пиленых кирпичей.⁹⁸ Плотники подшучивали над Никольским, обещая «припрятать в избе пару гвоздей» в случае, если физик откажется наградить бригаду выпивкой.

Магнитные исследования на Земле Франца-Иосифа стартовали в конце XIX – начале XX вв. Британцы, американцы и русские проводили их независимо друг от друга и в относительно короткое время.

Теперь наблюдения предстояло организовать на постоянной основе. Центральная геофизическая обсерватория подготовила для этого комплект закупленных за границей и тщательно выверенных приборов, включая магнитный теодолит Эдельмана и комплект самопишущих вариометров системы Эшенгагена германской фирмы «Аскания Верке». В последний день сентября 1931 г. магнитная лаборатория начала свою работу, продолжавшуюся почти до самого закрытия станции.⁹⁹

13 августа 1931 г., когда «Ломоносов» уже готовился покинуть Тихую, на станцию неожиданно прибыла еще одна группа иностранных туристов. Бот «Исбьорн» – по-видимому, тот самый корабль, задержанный «Седовым» за год до того – привез на Землю Франца-Иосифа французских охотников во главе с графом Гастоном Микаром. Гости приветствовали советскую экспедицию и обратились к д-ру Кулаеву с просьбой разрешить им осмотреть станцию и добыть нескольких медведей в ее окрестностях. Вежливым французам оказали радушный прием, а уже следующим утром их суденышко покинуло Тихую. Спустя два дня «Ломоносов» также отправился восвояси, увозя строителей и предыдущую смену зимовщиков.¹⁰⁰ Роман Нины Демме и Гавриила Иойлева не завершился с возвращением на материк: уже в 1932 г. они вместе отправились на Северную землю, где неожиданно для себя провели целых две зимы в крошечном домике на о. Домашний, построенном знаменитым Георгием Ушаковым. Впервые в истории женщина возглавляла коллектив полярной станции: в подчинении у Нины находились трое мужчин и свора собак, которых из-за лютых холодов тоже пришлось держать в доме. Работа проходила в неимоверно тяжелых условиях. Нине пришлось взять на себя львиную долю научных работ, в одиночку путешествуя по островам, еще менее изученным, чем ЗФИ. За два года на станции Ганя Иойлев едва не умер от болезни почек, вызванной постоянным сквозняком в его рабочем «радиозакутке». И если третьего мужа Нине удалось выходить, то другой участник зимовки умер по возвращении на Большую землю, не выдержав перенесенных тягот. Нина Демме продолжала свою полярную деятельность до конца 1950-х гг. и сохраняла кипучую энергию вплоть до своей кончины в 1977 г. Что касается Иванова, то он больше не возвращался в Арктику.