Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 55 – Пер Якобсен

Конечно, есть очевидная проблема – мужчина в лыжных очках всегда закрывает за собой дверь туалета. Делает он это и сейчас. Но пока что, в данный момент, это не имеет значения.

Потому что впервые за все время, прошедшее с момента, когда она очнулась в этой жуткой котельной, Эбби ощущает искорку надежды. И старается не дать ей погаснуть. Старается, даже когда в последний раз бросает взгляд на безжизненное тело Билла, прежде чем мужчина в лыжной маске закрывает и запирает откатную дверь, а потом покидает котельную, будто ничего не случилось.

— Мне тоже это не очень-то нравится, Хлоя, но выбора у нас нет.

Где-то глубоко внутри Хлоя знает, что ее старшая сестра права. Но то, что это единственное решение, не значит, что оно должно ей нравиться, верно? Оно ей и не нравится. Она в ужасе от плана Эбби отвлечь мужчину в очках в следующий раз, как он выйдет из ванной. Так Эбби это называет – отвлечь. Но Хлоя понимает: в реальности сестра планирует разозлить его.

— А мы не можем просто еще раз попробовать с дверной ручкой?

Эбби качает головой и вздыхает.

— Ее нельзя оттянуть достаточно далеко вниз, – говорит она. – Ты же видела. Мы пытались, множество раз. Если продолжим пробовать, у меня не останется сил достать мыло, даже если мы откроем дверь. А это «если» – принципиальное.

Хлоя смотрит вниз, на длинную импровизированную веревку, вьющуюся, как змея, по полу у ног Эбби. Она связана из их одежды: свитера и куртки Эбби и рубашки Хлои. В теории это могло бы сработать, но всякий раз, как они пытались забросить узел на конце веревки на ручку двери, им не удавалось потянуть ее вниз из-за слишком острого угла. По крайней мере, так объяснила Эбби.

— Мне это не нравится. Вдруг он… рассердится на тебя?

У нее перед глазами мелькают картинки – как Билла волокут по полу, а он не может сопротивляться, потому что его кисти превратились в бесполезные комья плоти; растерянное лицо отца, когда он падал с обрыва, – и по ее щекам бегут слезы.

— Слушай, – говорит Эбби, и ее дрожащий голос выдает, насколько она далека от своей притворной решимости и насколько напугана. – Я сделаю это в любом случае, но будет лучше, если ты, хм… согласишься со мной.

— С какой стати? Если тебе все равно?

— Для меня это важно, Хлоя! Ясно?

Пауза. Хлоя не поднимает головы, глядя в цементный пол. Потом медленно кивает.

— Скажи вслух, – требует Эбби.

— Я… согласна на твой план. Теперь довольна?

Эбби отвечает слабой улыбкой и кивком. Потом жестом показывает Хлое подойти к центру комнаты.

— Помоги мне развязать узлы. Надо снова одеться, пока он не пришел.

* * *

«Почему он торчал там так долго? – нервозно думает Хлоя, слыша, как за дверью спускают воду, и глядя, как ее старшая сестра у противоположной стены снимает с ноги ботинок. – Вдруг он понял, что что-то не в порядке? Вдруг догадался, глянув на нас? На меня?»

Она пробует привлечь внимание Эбби, взмахнув рукой, но взгляд сестры сосредоточен на двери и не сдвигается ни на сантиметр. Она словно обезумела. Обезумела, да еще и в ужасе…

— Эй, Эбби, – шепчет Хлоя. – Я передумала, я…

Слишком поздно. Ручка двери ползет вниз, дверь открывается, и Эбби замахивается ботинком.

— Эй! – кричит она. – Тебе что, так нравится держать нас тут? Ты гребаный извращенец, ясно? ДЕРЬМЕЦ!