Книга Может быть, однажды, страница 108 – Дебби Джонсон

Мы позвонили управляющему хостелом и попросили о встрече, и нас вопреки ожиданиям пригласили к Эвану. С трудом оторвав взгляд от доски с фотографиями, я понимаю, что Эван, наверное, провел в этой рабочей комнате бесчисленное множество печальных встреч.

— Итак, – говорит он, откидываясь на спинку стула и пристально рассматривая нас, – прежде всего хочу сказать, что в те годы меня здесь не было, а значит, я не могу помнить человека, которого вы разыскиваете. В нашей компьютерной системе нет данных о постояльцах тех лет, к тому же, как вы понимаете, очень многие и не сообщают нам своих настоящих имен. Я спросил тех, кого нашел, и один из наших давних жильцов полагает, что, возможно, помнит этого мужчину, однако парень любит принять на грудь, я и не уверен, что его память не пострадала вследствие алкоголизма.

Я молча киваю. Все ясно. В этом мрачном уголке Лондона, который, судя по ощущениям, находится за миллион миль от ярких сверкающих улиц города, а на самом деле отстоит от них всего на несколько миль, мы повидали достаточно побитых жизнью бродяг. Джо сообщил Джеральдине, что остановился в молодежном хостеле, и наверняка поступил так, чтобы лишний раз ее не тревожить, однако мы находимся в убежище для бездомных, куда приходят обездоленные, чтобы преклонить голову, а сотрудники пытаются в меру сил помочь им разрешить множество проблем, причем группы поддержки для пристрастившихся к наркотикам порой действуют бок о бок с продавцами смертоносного зелья.

Майкл не сводит глаз с фотографий на стене, на его лице написано смятение.

— Почему они попадают к вам? – растерянно произносит он. – Неужели жизнь на улицах Лондона их так привлекает? Должен же у них быть какой-то выбор?

— У многих нет выбора, – мягко отвечает Эван. – Или им кажется, что выбора нет. Кто-то уходит из дома в поисках приключений, наслушавшись рассказов о том, что в Лондоне ему на голову свалится богатство, а потом, узнав правду, боится возвращаться домой. Другие убегают от жестоких родителей или родственников. В последние годы все больше мужчин и женщин оказываются на улице по финансовым причинам. Некоторых выгоняют родители, кого-то из-за нежелательной беременности, кого-то из-за нетрадиционной сексуальной ориентации или по другим причинам, нарушающим моральные устои семьи. Таким людям порой некуда возвращаться.

Майкл кивает – наверняка раздумывает о том, насколько благополучна его жизнь, хотя и он явно не вписывается в строгие семейные рамки. Розмари и Саймон, может, и не выгонят его из дома, однако вряд ли будут рады услышать о его нетрадиционных взглядах.

— Не приведи господи оказаться на их месте, – печально произносит он, складывая руки на коленях.

— Скажите, пропавших находят? – спрашиваю я, указывая на доску с фотографиями. – Их кто-нибудь разыскивает?

— Не часто, но иногда бывает, – отвечает он. – Жизнь в Лондоне не сахар. Если кто и не пил, не принимал наркотики, то, оказавшись здесь, пускается во все тяжкие. Да и других опасностей немало – холод, болезни, грабители…

От его слов я вздрагиваю. Джо, тот Джо, которого я знала, был сильным и готовым к любой работе. Он вырос среди жестокости и сохранил в чистоте душу, хоть и израненную. Он знал, как вести себя на улице и как избежать опасностей в человеческих джунглях. По крайней мере, я на это надеялась.