Книга Может быть, однажды, страница 97 – Дебби Джонсон

— Все может быть, – покорившись судьбе, отвечаю я.

Если как следует подумать, то мы ведь точно не знаем, жил ли здесь Джо. И поехал ли он сюда вместе с Джеральдиной. Он мог работать в Буде, а жить в другом месте, или просто бросал здесь открытки в почтовый ящик, останавливаясь по дороге на работу или домой, или вообще переехал на Луну, чтобы разводить диких кабанов в Море Спокойствия? Откуда нам знать?

Майкл прерывает свои изыскания, отвлекшись на проходящих мимо серферов в идеально облегающих мускулистые тела костюмах, а потом задумчиво склоняет голову набок, как будто его внезапно осенило. Сейчас он похож на спаниеля.

— Как звали их ребенка? – наконец спрашивает он. – У Джеральдины и Адриана был сын. Берни говорила, как его зовут, но я не запомнил.

— Потому что тогда ты уже выпил семь бокалов мохито, – отвечает Белинда, тоже провожая серферов долгим взглядом.

Надо же, я и не думала, что такие парни ей нравятся, но что я вообще о ней знаю? Когда она забеременела и родила Мала, никто из нас не был знаком с его отцом – Белинда встретила его на Крите, куда отправилась отдохнуть. Я даже не знаю, поддерживает ли она с ним связь и знает ли он о существовании Малаки.

— Джейми, – тихо говорю я. – Мальчика звали Джейми. Белинда, ты поддерживаешь отношения с отцом Мала, которого встретила на Крите?

Не знаю, почему у меня вырывается этот вопрос. У Мала, конечно же, может быть только один отец, именно тот человек, которого Белинда встретила на Крите. Уж она-то об этом помнит.

Белинда искоса бросает на меня гневный взгляд, а Майкл тут же засыпает ее вопросами:

— Ах! А я и не знал! Кто он? Отец Мала? Вы встретились всего на одну ночь? Он кинозвезда? Или греческий мультимиллионер, владелец бесчисленных яхт? Вот круто было бы завести такого папулю для сынишки!

— Папулю? – нахмурившись, рычит Белинда. – Папулю? Что ты хочешь этим сказать? Или не знаешь, что это расистский стереотип? Думаешь, что мне сделал ребенка какой-нибудь черный парень, потому что иначе с такими, как я, не бывает?

Майкл молча смотрит на нее, забыв закрыть рот, и вид у него одновременно виноватый и перепуганный.

— Ты что, опять издеваешься? Да? Шутишь?

— Нет! Ты оскорбил меня до глубины души!

— Ой, ну прости, ну, пожалуйста, я не думал… не хотел тебя обидеть… я… ну прости…

— Все нормально, – наконец бросает Белинда, расплываясь в улыбке, как играющая с добычей тигрица. – Да, издеваюсь. Шучу. С тобой это просто. А ответ на твой вопрос, Джесс, – да. Я никогда от него ничего не ждала, ведь мы просто весело провели время на море. Но он оказался нормальным парнем. Не бросил нас, помогал как мог, выслушивал мои жалобы, брал Мала к себе на каникулы. Сейчас он врач. Живет в Лондоне.

Майкл, все еще сбитый с толку перепадами настроения Белинды, выбрасывает последний кусок вафли на песок, где на него тут же набрасываются белым облаком чайки.

Он продолжает листать страницы на экране телефона и спустя несколько секунд сообщает, что, возможно, напал на след. То есть произносит голосом Шерлока Холмса:

— Ага! Игра началась!

— Что там такое? – интересуется Белинда, придвигаясь к нему поближе на каменной стене. – Что ты обнаружил?

— Джейми Дойл. Восемнадцати лет. Я нашел его в списке студентов колледжа. Он получил художественную премию, умный мальчик. Колледж местный, можно предположить, что мы нашли того самого парня. Погодите-ка… еще покопаюсь… И не надо сопеть мне в шею, Белинда! Еще немного – и ты уткнешься в меня своим адамовым яблоком!