Онлайн книга «Смерть пахнет сандалом»
|
Вспомнились горести детства, бедность и старательная учеба, вспомнилось ликование от поступления в среднюю школу, вспомнились поздравления сверстников, когда он породнился с внучкой семьи Цзэн, в том числе поздравления от учившегося вместе с ним в средней школе Лю Пэйцуня, брата Лю Гуанди. Лю Пэйцунь был силен в каллиграфии, письмена у него походили на людей, а еще он писал превосходные стихи. Чтобы поздравить его со вступлением в брак, Лю написал молодым такое красивое пожелание: «Две жемчужины – талантливый юноша и прекрасная дева – образовали прекрасный союз». В то время перед Цянь Дином словно открывался большой светлый путь. Но, как говорится, «мертвый правитель района хуже живой крысы». Цянь застрял на шесть лет в министерстве общественных работ, жил в ужасающей нищете, поневоле приходилось пользоваться положением жены, обращаться к семье Цзэн, хлопотать о переводе в провинцию. Потом несколько раз он менял место службы, пока его не назначили начальником уезда Гаоми, на этот, считай, тучный пост. Попав в Гаоми, он изначально намеревался всесторонне проявить свои способности и умения, достичь успехов и понемногу продвигаться вверх. Но очень скоро Цянь понял, что в таком месте, как Гаоми, на которое зарятся чужаки, о повышении мечтать не приходится, а тем более – о титуле знатного вельможи. Удастся просидеть весь срок без происшествий – и то, считай, повезло. Ах, настали последние дни династии, звонкий колокол выброшен, талантливые люди не нужны, громыхает лишь глиняный котел[121], можно просто плыть по течению и заниматься самосовершенствованием… Из глубины воспоминаний вырвала внезапно всхрапнувшая под ним лошадь. Недалеко в зарослях травы сверкнули две пары ярко-зеленых глаз. — Волки! – воскликнул уездный и машинально сжал окоченелыми ногами брюхо лошади, а руками суетливо натянул поводья. Лошадь заржала, встала на дыбы и сбросила его на землю. Следовавшие за лошадью уездного Чуньшэн и Лю Пу, у которых от холода свело распахнутые рты, увидели, что начальник упал. На миг оба растерялись и застыли. Но заметив, что волки устремились в погоню за лошадью, окоченевшие мозги подключились к делу. Со свистом и криками Чуньшэн и Лю Пу неуклюже вытащили мечи из ножен и, понукая мула и скакуна, ринулись наискосок. Силуэты волков, мелькнув в густой траве, исчезли. — Господин, господин, – с громкими криками Чуньшэн и Лю Пу скатились на землю и нетвердыми шагами бросились выручать его. Ноги уездного застряли в стременах, тело повисло позади крупа лошади. Испуганная криками Чуньшэна и Лю Пу белая кобыла дернулась вперед. Уездный волочился по земле, беспрестанно крича от боли. Если бы не сухая трава, то он бы себе разбил голову в кровь. Опытный Лю Пу велел Чуньшэну перестать кричать. Оба успокоились и ласково позвали: — Лошадка, хорошая лошадка, белая лошадка, не бойся… – При ярком свете звезд они подбирались к ней все ближе и, наконец, оказались совсем рядом. Лю Пу ринулся как стрела и обхватил лошадь за шею. Чуньшэн еще не совсем соображал, и Лю Пу прикрикнул: — Быстрее выручай господина, болван! Чуньшэн суетливо размахивал руками, он не понимал, что нужно делать, и только заставлял уездного стонать от боли. — Ты хоть что-нибудь как надо сделать можешь? – разозлился Лю Пу. – Держи тогда лошадь! |