Книга Смерть пахнет сандалом, страница 60 – Мо Янь

Вот я и увидел, как рабочий, опираясь обеими руками, выпрямился половиной тела и стал беспорядочно скакать по эшафоту. От всей липучей крови, льющейся из кишок, и у нас промокли ноги. Лицо этого человека слепило желтизной, как листовое золото. Изо рта, который вертелся из стороны в сторону, как утлая лодчонка на волнах, слышался рев, в котором уже было не разобрать слов, и с клокотанием вырывалась кровавая пена. Поразительнее всего вела себя его косичка. Она, как хвост скорпиона, задиралась крючком, ненадолго выпрямлялась на затылке, а потом вяло свешивалась вниз. Зрители перед эшафотом замолкли, самые смелые смотрели, не отрывая глаз, а вот ваш покорный слуга прикрыл-таки глаза рукой. Были и такие, кто не выдерживал, хватался руками за горло, и их выворачивало наизнанку. Наблюдавшие за исполнением приговора чиновники, пришпоривая лошадей, умчались прочь. Мы вчетвером застыли на эшафоте, глядя, как выказывают все свои возможности верхней половинки тела рабочего казначейства. Прошло еще немного времени – достаточного на одну трубку табаку, – и он нехотя рухнул ничком. Во рту еще что-то булькало. И если закрыть руками глаза и только слушать, то можно было подумать, что это грудной ребенок гулит, напиваясь молока.

Закончив живописать разрубание по поясу, мерзопакостная животина умолкла с белой пеной в уголках рта. Бегающими глазами негодяй стал изучать выражения лиц его превосходительства Юаня и Клодта. Перед глазами Юя все еще стоял страшный образ рассеченного напополам рабочего казначейства, а в ушах звучал пронзительный рев. Его превосходительство Юань слушал рассказ жадно, прищурившись и не проронив ни звука. Клодт же внимательно прислушивался к бормотанию переводчика, то и дело наклоняя голову, чтобы взглянуть то на Юаня, то на Чжао. Его движения и выражение лица напомнили мне сидящего на скале орла.

Наконец, его превосходительство Юань заговорил:

— Ваше превосходительство генерал-губернатор, с моей точки зрения, нужно применить разрубание пополам.

Переводчик негромко перевел сказанное. Клодт пролопотал несколько слов на своем языке, и переводчик сказал:

— Генерал-губернатор желает знать, как долго может прожить преступник после разрубания пополам.

Глянув в сторону своего живодера, его превосходительство Юань поднял подбородок, предлагая палачу дать ответ.

Тот сказал:

— Вообще-то он может прожить столько, за сколько выкуривают трубку табака, но это неточно. Некоторые умирают сразу, как подрубленное деревце.

— Генерал-губернатор говорит, что разрубание не годится, – рапортовал переводчик, – потому что преступник умрет слишком быстро. Эта казнь смутьянов в трепет не приведет. Господин полагает, что, возможно, есть некая особенно жестокая казнь, при которой преступник испытывает крайние мучения и какое-то время не умирает. Генерал-губернатор выражает надежду, что после проведения казни преступник проживет дней пять. Лучше всего, чтобы он дожил до 20 августа, до церемонии открытия движения по участку Циндао – Гаоми.

— Подумай хорошенько, есть ли такие казни? – спросил его превосходительство Юань.

Паршивец покачал головой:

— Ни одна казнь не сгодится, чтобы продлить жизнь преступника на пять дней, даже повешение.

Клодт снова что-то пробормотал переводчику, и тот сказал: