Онлайн книга «Арлекин, император Луны»
|
Дидье осушил бокал и помотал головой: — С ворами все куда проще! А когда перед тобой знаменитый профессор, член Французской академии, автор многих книг, и ты ловишь его на самом наглом обмане… Земля перестает вращаться, честное слово! То, с чем я столкнулся, не поддается оправданию! Подмены в хранилищах, кражи, о которых полиция никогда ничего не узнает… Но стоит об этом заговорить, и мне тут же указывают, что я «не свой», не их круга, что думаю как полицейский, как юрист и многого не понимаю. Главный хранитель Лувра говорит мне это в лицо и смеется. Хорошо… Хорошо! Дидье Рейнер выхватил из бумажного пакета новую бутылку и ввинтил в пробку штопор с таким остервенением, что Александра предположила — он в этот момент воображал, что расправляется со своим недругом в лице главного хранителя Лувра. — Я два года готовил выставку Клода Жилло! — горестно сообщил французский гость. — Конечно, Жилло сейчас мало известен, но тем более интересен! Все знают его как первого парижского наставника Антуана Ватто. Человек, который ввел Ватто во все артистические круги, познакомил с Французским театром и с «Комеди Итальенн»… Если бы не Жилло, как знать, появились бы на свет Пьеро, Арлекины и Коломбины Ватто? Ватто усвоил все уроки своего учителя. А затем разрушил все усвоенное, создав новое, интимное искусство. Так же наступивший восемнадцатый век разрушил век семнадцатый. Удивительно, но все гении и корифеи семнадцатого столетия умерли почти одновременно со своим веком… Ватто, сам того не зная, открыл новую страницу в истории искусства. Он не увидел своей славы в лицо, он умер таким молодым… Дидье Рейнер, глубоко взволнованный, залпом осушил бокал. На его впалых щеках загорелись красноватые пятна, речь стала быстрой, акцент почти исчез. — Жизнь и творчество Ватто окружены мифами и легендами, это сплошные домыслы, догадки, — продолжал он. — Фактов очень мало. Ватто как будто сознательно старался не оставлять никаких явных следов, словно прячась в кулисах. Принято считать, что причиной тому была его патологическая провинциальная застенчивость. Тем более как можно забыть о том немногом, что о нем известно точно? О тех немногих людях, которые были ему близки? Клод Жилло, признанный и известный на ту пору художник-декоратор, поставивший Ватто руку, прививший ему вкус к театру, как можно им пренебречь? Жизнь Ватто известна нам лишь частично, словно он отражается в зеркале своей славы вполоборота. Чтобы разглядеть его лицо как следует, нужно поставить еще одно зеркало напротив первого. Это зеркало и есть Клод Жилло! Два года работы, два года погони за разрозненными рисунками и картинами, по всем собраниям Франции и мира! Два года переговоров с владельцами! И вот каталог вышел, выставка в Павильоне Часов открыта… Дидье Рейнер взмахнул в воздухе пустым бокалом: — И через три дня ее закрывают! Через три дня! Она должна была провисеть три месяца! Это трагедия! Это скандал! — Но что случилось? — заинтригованная художница не сводила взгляда с лица нового знакомого, на котором мелькали гневные молнии. Этот человек говорил с такой страстью и отчаянием, что ей подумалось — перед ней настоящий фанатик, способный ради идеи на преступление. — По какой причине выставку закрыли? — Без причины. — Дидье Рейнер растер лицо ладонями, отчего щеки зарделись еще сильнее. — Все причины, которые мне назвали, фальшивые! Дирекция Лувра врала на ходу, и они даже не очень старались меня в чем-то убедить. В помещение проникла вода, они сказали, и возникла повышенная влажность. Но разве это стало известно только после открытия выставки?! Например, на входе, в Пирамиде множество пустующих временных выставочных залов, можно было установить ее там! Но нет, там якобы будут вестись ремонтные работы. Неужели выставку нельзя было перенести на второй этаж, где экспонируются старинные рамы? Нет, мне сказали, что и там влажность повышена! Абсурд! Старинное позолоченное дерево еще больше чувствительно к влаге, чем рисунки, а рамы никто и не думает убирать. Ну, и наконец, они сослались на чрезвычайную загруженность музейных команд, которым пришлось бы переносить всю экспозицию. Но ведь нашлись же у них люди, которые сняли картины, упаковали их и отправили владельцам на три месяца раньше срока! А людей, чтобы просто перевесить все со стенки на стенку, не нашлось! Сейчас все экспонаты едут обратно к своим владельцам, многие из которых даже не извещены об этом! Что это, как не проклятие?! |