Книга Арлекин, император Луны, страница 44 – Анна Малышева

— Приятно слышать, что они так сказали, — художница попыталась говорить спокойнее. — Мой телефон знают во многих антикварных магазинах. Ну так вот, я, как человек надежный, могу вас заверить, что этот коллекционер тоже очень надежный человек!

Дидье поджал губы, не сводя с нее выжидательного взгляда.

— Надежный и очень уважаемый человек! — не без озорства добавила Александра. — Я давно его знаю!

Куратор Лувра приподнял брови.

— Не будет она ни с кем встречаться! — отрезала сиделка. — Хочет покупать, пусть покупает, а к Люде я никого не подпущу! Она уже достаточно натерпелась. Никого не хочет видеть, всех боится.

— Ну, что ж, ладно, — притворно сдалась Александра. — Жаль, конечно, ведь сделка может и не состояться. Человек в Москве всего несколько дней, проездом из Франции. Такой случай упускаем…

После краткого молчания Лера уточнила:

— Он что, француз?

— Да, самый настоящий француз, — подтвердила Александра. — Из Парижа.

— Тогда ладно! — неожиданно заявила сиделка. — Приходите. Я ее предупрежу. Ей же еще намазаться надо. Актриса, сами понимаете…

Александра сунула в сумку замолчавший телефон и задернула молнию. Допила остывший шоколад и поднялась из-за стола:

— Идемте, нас ждут.

* * *

Людмила и в самом деле успела наложить слой грима до их прихода. Шторы в столовой были почти полностью задернуты, и веселое солнце, заливавшее улицу за окнами, в комнату почти не проникало. Но даже при этом смягченном освещении лицо отставной актрисы выглядело как раскрашенная маска. Замазанные морщины, преувеличенно подведенные глаза, лихорадочно горящие на скулах румяна… В прошлые разы, отметила про себя Александра, Людмила была накрашена меньше. Вероятно, она постаралась для французского гостя.

Дидье учтиво поклонился, когда его представили, и произнес пышное приветствие, где участвовало обращение «мадам». Людмила, тревожно вглядевшись в его лицо, несколько успокоилась и любезно ответила:

— Присаживайтесь! Так вы говорите по-русски?

— Реже, чем хотелось бы! — сострил гость, цепко обводя взглядом картины на стенах. — Только, когда бываю в Москве.

— Хотите чего-нибудь выпить? — окончательно расслабилась Людмила. — Есть апельсиновый ликер!

И обернулась к Лере, караулившей у дверного косяка.

— Ведь есть еще, Лера?

Сиделка утвердительно кивнула, сохраняя то же недовольное выражение лица, с каким она встретила посетителей.

— Мы только что из кафе, — поторопилась сообщить Александра.

— В вашем обществе — с огромным удовольствием! — проворковал Дидье.

— Лера, кофе для гостей и ликер, — распорядилась хозяйка. Сиделка, очень явственно скривив губы, ушла.

— Так вот, мы по делу. — Александра снова попыталась придать визиту менее расслабленный характер. — Дидье хотел бы еще раз взглянуть на ту картину с персонажами дель арте…

Художница осеклась. Она ненароком обмолвилась, сказав «еще раз», из чего Людмила могла сделать естественный вывод, что он уже видел картину. Последовали бы лишние расспросы. Но Людмила выводов не сделала — она была очарована французским гостем и даже постаралась принять кокетливую позу в инвалидном кресле. Александре сразу вспомнилась Бланш Дюбуа из «Трамвая “Желание”», кокетничавшая направо и налево.

— Ах, картина! — проворковала Людмила. — Она там!

Вскрытый пакет, возвращенный вчера Александрой, так и лежал на столе. Александра взяла картину и продемонстрировала ее Дидье. Тот очень правдоподобно разыграл любопытство, хотя вчера рассмотрел полотно во всех подробностях.