Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 24 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Ладно, ладно. До пятницы.

* * *

В четверг утром я приехал в офис к девяти. Нина уже была на месте.

— Доброе утро, — я кивнул.

— Доброе утро, Алексей Дмитриевич, — Нина подняла голову. — Вчера звонил мужчина, который приходил в пятницу, подтвердил… запись у вас на одиннадцать!

— Отлично. Катя подготовила материалы?

— Да, всё на вашем столе.

Я прошёл в кабинет. На столе лежала папка с делом Потанина, рядом — распечатка переписки с Рогожиным и копия акта Беляевой. Вчерашний общий осмотр на площадке прошёл без сюрпризов: Козлов приехал один, «ассистентов» не было, а Беляева обещала прислать обновлённый акт к пятнице. Юрий Георгиевич по подписям попросил ещё несколько дней, а Корнеев на моё сообщение про номер «Ауди» и слова Когана, которые передала Полина, так и не ответил.

Когда я сел за стол, на телефон пришло сообщение от Софьи:

«Я подумала. Ты прав, я веду себя как маленькая девочка! Но… нам с тобой не по пятнадцать лет… просто, я хочу, чтобы ты знал: я ещё могу всё изменить. Если ты передумаешь… просто ответь!»

Я посмотрел на экран, но ничего отвечать не стал. Незачем. Убрал телефон. Больше к этой переписке я не возвращался.

В десять часов в офис приехал Воронин. Он пожал мне руку и сел в кресло напротив.

— Алексей Дмитриевич, — он достал папку, — я хотел бы продолжить работу с вами.

— Михаил Юрьевич, я больше не работаю в конторе Когана. У меня своя практика.

— Я знаю. Поэтому и пришёл сюда.

— Хорошо. Но давайте сначала разберёмся с тем, что уже сделано. Ваше дело — корпоративный спор. Решение первой инстанции есть, но в силу оно ещё не вступило. Корпоративная часть и возможное обжалование остаются у Марины Викторовны, она в конторе Когана. Уголовная часть — у Корнеева. Вы с ними общаетесь?

— Да, Марина Викторовна звонила. Сказала, что готовит документы.

— Отлично. Значит, по этим направлениям работа продолжается. А что хотите вы?

— Возврат денег. Те шестьсот тысяч, которые ушли в «МедСервис-Фарм», и всё остальное. Вы говорили, что нужно проверить все платежи. Я хочу, чтобы этим занялись вы.

А это было мне на руку! След Лебедева… о… да! Пускай сумма и маленькая, но это новая возможность копать под него!

— Хорошо, — улыбнулся я. — Только сразу оговорюсь: деньги уходили со счёта клиники, и вернуться они должны клинике, а не вам лично. Платёжки Зинаида Павловна уже присылала. Теперь мне нужны банковские выписки клиники за весь период, когда Гурьев был директором. И все договоры с «МедСервис-Фарм» и «ФармЛогик», включая те, которые мы ещё не видели.

— Зинаида Павловна всё подготовит.

— Отлично. Я составлю договор и отправлю вам на согласование.

Воронин кивнул, потом наклонился вперёд.

— Алексей Дмитриевич, есть ещё один вопрос. Могу я попросить Полину? Она работала в конторе Когана. Пусть вынесет нужную папку, да и вам меньше работать пришлось бы…

— Михаил Юрьевич, — я покачал головой, — это незаконно и может повлечь претензии к ней и к нам.

— Понял, — Воронин закрыл папку. — Когда обсудим договор?

— Я пришлю проект на почту сегодня вечером. Вы посмотрите, и назначим встречу на следующей неделе.

— Договорились.

Он встал, пожал мне руку и вышел. Я проводил его взглядом и повернулся к ноутбуку. Нужно было составить проект договора и официальный запрос на передачу материалов.