Онлайн книга «Юрист с Рублёвки. Том 4»
|
Рогожин кивнул и вышел из бытовки звонить Бесчастнову. Через пять минут он вернулся. — Бесчастнов согласен. Но он настаивает, чтобы остальные требования оставались в силе. — Остальные требования — остаются, — подтвердил я. — Но они должны быть переформулированы. С конкретным предметом, основанием и расчётом по каждому пункту. Без этого мы не можем их признать. Мы просидели на площадке ещё час, обсуждая детали. Беляева вносила поправки в акт, Козлов наконец-то вписывал свои замечания, Николай Викторович зевал и поглядывал на часы. К шести вечера мы закончили и подписали акт. Рогожин собрал документы и ушёл, не попрощавшись. Беляева попрощалась со всеми и уехала. Мы с Потаниным остались в бытовке. — Владимир Сергеевич, — я повернулся к нему, — по оплате… — Что там… — жалобно протянул он. — Смотрите, второй этап работы завершён. В него вошли: переговоры с Рогожиным, согласование режима доступа, проверку оборудования на площадке, получение заключения почерковеда и расчёт стоимости блока. Я выставляю вам счёт за этот этап. — Алексей Дмитриевич, — Потанин замялся, — а нельзя ли включить это в то финансирование, о котором мы говорили? Вы же помните, я предлагал… — Владимир Сергеевич, — я перебил его, — мы обсуждали постоянное сотрудничество, и я отказался. Завершённый этап — это отдельная работа. С отдельной оплатой. Будущие поручения будем согласовывать отдельно, по мере поступления. — Но я уже платил аванс… — Тот платёж закрывал первый этап — анализ и ответ на претензию. Про остальное мы договаривались, когда расширяли работу: по этапам, по тем же ставкам. Текущий счёт — за завершённый этап. Я протянул ему лист с разбивкой по видам работ. Потанин посмотрел на сумму, потом на меня. — Хорошо, — он достал телефон. — Переведу сегодня. — Спасибо. * * * В такси я достал телефон и обнаружил сообщение от Полины. Она писала: «Алексей Дмитриевич, дядя пытается продлить передачу дел. Говорит, что ему нужно ещё две недели. Марина Викторовна уже передала вам копии судебных материалов, но дядя утверждает, что есть ещё документы, которые он должен найти». Я набрал Полине ответ: «Полин, уточни сроки. Каких именно документов не хватает? Попроси Марину Викторовну составить перечень всего, что уже передано, и всего, что ещё ожидается». Через минуту Полина ответила: «Марина сказала, что может подготовить перечень к среде. Копии материалов клиники, которые остались у дяди, она передаст через меня». «Через тебя?» «Да. Я могу забрать их и привезти вам в офис. Дядя сказал, что передаст через меня, потому что „так удобнее“.» «Нет, Полин. Только официально: по описи, с согласия Воронина, под расписку от конторы. Подставлять тебя не дам». Я убрал телефон и откинулся на сиденье. «Ой млять… как знал, что с Коганом будут проблемы…» И тут снова завибрировал телефон. На экране высветилось сообщение от Зинаиды Павловны: «Алексей Дмитриевич, у меня будет окно во вторник в десять утра. Подготовлю документы о полномочиях руководителя клиники и банковские выписки за период деятельности Гурьева». Я набрал ответ: «Буду во вторник в десять. Подготовьте также копии всех договоров с „МедСервис-Фарм“ и „ФармЛогик“, включая те, которые мы ещё не видели». Машина выехала на Садовое, и опять телефон ожил… на сей раз звонили, а не писали. Звонила Вера. |