Книга Тень Империи: Забытая Академия, страница 5 – Дмитрий Лим

Наконец, мой взгляд остановился на пыльной бутылке, притаившейся в самом дальнем углу. «Токай Асу» 1972 года. Венгерское вино с приятным послевкусием.

Медленно доставая бутылку, я краем глаза заметил, как мужик наблюдает за мной, ухмылка никуда не делась.

Поставив её на столешницу, я открыл ящик под ней и достал штопор. Дальше отошёл к окну, не сводя взгляда с гостя. Тот, в свою очередь, довольно кивнул, разглядывая бутыль. Через мгновение она сама собой открылась и… взлетела!

Вино, словно по велению мысли, оторвалась от столешницы и прилетела мужику прямо в руки.

— Круто, да?

Его вопрос вывел меня из временного замешательства. Я коротко кивнул, но ничего не сказал. Он сам заговорил, как только сделал первый глоток:

— С момента твоего восемнадцатилетия ты излучаешь силу, которую мой вид может почувствовать за тридевять земель. В буквальном смысле этого слова.

Он сделал паузу, позволяя этим странным словам осмыслиться. После очередного глотка, поморщившись, продолжил:

— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Сам понимаешь, краткость — сестра таланта.

Коротко кивнув, я мельком глянул на металлический штопор. Если очень захотеть, можно и им пробить шею. Для этого мне нужно лишь…

Мои мысли были прочитаны. Я это понял по следующей фразе:

— Даже не думай об этом. В общем, Максим, ты — Забытый.

Собравшись с мыслями, я успокоился. Угрозы же я не видел? Не видел. Значит, мне просто нужно с ним поговорить. Тем более что это просто сон.

— Не сон, — вновь прочел мысли гость. — В тебе есть не пробужденная сила. Ты принадлежишь миру Забытых. Тонкой грани между привычным миром и существами, которых пруд пруди.

Мне хотелось сказать ему, что он сумасшедший и ему нужно срочно лечиться. А не байки рассказывать, но…

Спокойствие как бы само по себе навалилось на меня. Я был абсолютно уверен в правдивости его слов.

— В общем, ты по какой-то причине был скрыт от нас. И нам…

Он задумчиво уставился на свои часы:

— Уже пора выдвигаться. Ты и так сегодня отличился, да и одна студентка — тоже.

— С чего ты взял, что я собираюсь идти с тобой куда-либо?

Я нахмурился, пытаясь разглядеть в его глазах какую-нибудь новую искру. Я сделал шаг к штопору. Ещё полметра, и рывком вперед я смогу пробить его артерию.

Мужик вновь прочел мои мысли, одарив меня улыбкой, от которой скрутило живот.

— Послушай, Максим, у меня нет времени, чтобы тащить тебя. Просто пошли и всё.

Улыбнувшись в ответ, я сделал ещё мелкий шажок к «оружию»:

— Ты ничего толком не объяснил. Какие-то там Забытые и всё в том же духе.

Через мгновение я сделал то, что хотел. Дотянулся до штопора и, пригнувшись, рванул в сторону гостя. Заходя за спину, я схватил его за подбородок и приложил «штырь» к глотке. Только вот он растворился прямо в моей хватке.

Появился он, сопровождаемый громким хлопком, в моей спальне. Где тут же начал шуметь.

Отбросив от себя штопор, я достал новый нож и медленно направился к комнате. Только вот увиденное поразило меня.

Мужчина стоял на моей кровати, держа в руках то, что было дорого мне. Фотографию моих родителей, которую я тащил за собой всё это время. Это была единственная сохранившаяся картинка с лицами тех, кого я никогда не помнил.

Я надеялся, что рано или поздно смогу отыскать родственников, есть они у меня или нет. И сейчас этот урод портил её. На моих глазах тонкий лист фотобумаги тлел, превращаясь в ничто.