Книга Одиночка. Том 2, страница 98 – Дмитрий Лим

Первой ко мне подошла Катя. Она положила руку мне на плечо — лёгкое, почти сестринское касание, но в этот момент оно показалось мне назойливым, как муха на свежем трупе.

— Жалеешь ли ты о случившемся? — спросила она тихо, заглядывая прямо в глаза, словно пытаясь разглядеть в них что-то.

Я почувствовал, как её пальцы чуть сжались, ожидая ответа, который мог бы оправдать её собственные сомнения. Но я сухо ответил:

— Нет.

Не было во мне ни тени колебания, ни намёка на сожаление. Я просто убрал её руку с плеча — движение было механическим, без злобы. Катя замерла, её рука повисла в воздухе, а потом медленно опустилась. Я не стал ничего объяснять, не стал смотреть на неё дольше необходимого. Просто повернулся и двинулся на выход. За спиной я слышал, как она глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, но её слова уже не имели для меня значения. Мир сузился до следующего шага, до следующего решения.

Система тем временем уведомила меня об успешном выполнении задания, но я не стал его просматривать. Сделаю это дома, в более спокойной обстановке. А также появилось и другое уведомление: мол, двое из десяти охотников Барановых отправились на тот свет.

Осталось восемь…

У выхода стояли Ира, Витя и Люда — бледные, как полотно, в полном афиге от того, что только что произошло. Ира стояла ближе всех, её глаза, обычно такие живые и насмешливые, теперь были широко распахнуты, а губы слегка приоткрыты, словно она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

Они не ожидали этого, не ожидали хладнокровной расправы над Барановым. Я увидел в их взглядах смесь страха и восхищения, но больше страха.

— Ты… ты смог! — наконец, выдохнула Ира. Её голос был хриплым, как после долгого молчания. Я не ответил, просто кивнул, проходя мимо, и они расступились, словно перед призраком.

Неожиданно за спиной раздался резкий голос Кати: она крикнула двум гвардейцам Баранова — тем самым громилам, которые всё ещё пялились на труп своего босса, не в силах отвести глаз:

— Что смотрим? Берём труп и несём домой! — рявкнула она. — Ваша семья не имеет права выставлять претензии. И «ОГО» тому свидетели. Всё по правилам дуэли, ясно⁈

Мне не нужно было даже поворачиваться чтобы понять: эти два бугая выполнят требование. Никто из них не посмеет что-то ляпнуть в сторону охотницы S-ранга. Да и… а ведь и вправду: здесь лейтенант Васильева, правила она слышала, так что…

«Ага, слышала. А толку-то? — принялся рассуждать про себя. — Всё равно достанет меня своими расспросами. Да и сами Барановы явно плевали на все правила. Хотя… пофиг. Быстрее выполню задание. Правда, теперь придётся немного задуматься над собственной безопасностью. Ибо вендетту никто не отменял».

Когда я вышел из «клетки», впереди возникла фигура, блокирующая путь. Анна Васильева стояла неподвижно и смотрела на меня с каким-то странным удивлением в глазах. Не страх, не осуждение — скорее смесь любопытства и… уважения? Она молча протянула мне пачку бумаг: аккуратно сложенных, с печатью «ОГО» на обложке.

— Что это, госпожа лейтенант? — спросил я ровным тоном, не беря бумаги сразу, чтобы не показаться слишком заинтересованным.

— Прошение о зачислении, — коротко сказала она, не отводя взгляда.

Она сделала паузу, и я увидел, как её пальцы слегка сжали край документов, будто она сама не уверена в своих словах.