Книга Одиночка. Том 3, страница 94 – Дмитрий Лим

Координаты указывали на многоуровневую парковку под «Ганзейским» — флагманским торговым центром. Разлом малой апертуры, но классификации «Белый». Нестабильный, непредсказуемый фон, массовая паника гарантирована.

— Это какой-то пиз… — дежурный замолк, понимая, что нельзя себе позволять такие слова в присутствие офицера. — Товарищ лейтенант, сегодня разломы как с цепи сорвались! Весь день максимальная активность.

— Знаю, — сквозь зубы ответила Васильева. — Собрать группу быстрого реагирования. Немедленно. Я выезжаю прямо сейчас!

Через десять минут, уже в лёгком доспехе, она мчалась на джипе по пустеющим улицам. Город замирал, «втягивая голову в плечи»: визг шин отдельных машин, спешащих укрыться, захлопывающиеся ставни, приглушённый рёв сирен «скорых» и МЧС.

По рации сыпались обрывочные, панические донесения: «…выход из портала в секторе В3, подтверждаем визуальный контакт, это не сканеры глючат, это действительно Белый…», «…есть жертвы среди гражданских, требуется срочная эвакуация…», «…наблюдаем подвижки в эфирном фоне, возможен каскадный резонанс…».

И тут же, на отдельном, шифрованном канале, холодный, узнаваемый голос:

— Группа «Соболь» на подходе к эпицентру. Лейтенант Васильева, ожидайте указаний по координации сил обеспечения. Не вступайте в контакт с аномалией без нашего сигнала.

Светлана Покайло. Они уже здесь. Они успели везде.

Парковку оцепили армейскими «Уралами» и блоками из колючей ленты. Освещение частично отключили, и огромное пространство торгового центра тонуло в хаотических сполохах мигалок и тусклом свете аварийных фонарей.

Она увидела их почти сразу. Сёстры Покайло стояли у спуска на подземную парковку, будто не замечая суеты вокруг. Светлана, в чёрной тактической экипировке без опознавательных знаков, изучала что-то в планшете. Виктория, одетая так же, но с непривычным для охотника коротким копьем в руке, смотрела в темноту, её лицо было бесстрастным экраном.

Рядом топтался бледный капитан из местного гарнизона, что-то пытаясь объяснить. Светлана подняла руку, одним жестом обрубив его речь, и повернулась к Анне.

— Разлом классифицировали как S-ранговый, — констатировала она без предисловий. — По нашим данным, к эпицентру движутся не менее четырёх групп: Волынские, Суворовы, возможно, Шереметевы. Но все они А-ранг потолок. Нужно собрать отдельный корпус целителей, чтобы они смогли…

— S-рагновый? — перебила её Васильева. — Но… в Новгороде такие…

— А ты перебей меня ещё раз, — жестко парировала Светлана. — Среди S-ранговых здесь только я и моя сестра. Я отправила запрос Дмитрию Корга, он в базе классифицируется как охотник, который может достигнуть перерождения, а также, двум частникам из Москвы, которые в данный момент находятся в Новгороде.

Отчётливый, мерзкий холод, не имеющий отношения к температуре воздуха, прополз по спине. S-ранг. В Новгороде. Светлана не шутила, на это у неё не хватало воображения. В голове у Анны, будто под гул сирен, закрутился маховик мыслей, тяжёлый и беспощадный.

Всё катится в тартарары. Именно это слово, грубое и точное, вертелось на языке. Утро началось с рутинного вызова в промзону — нестабильный разлом, которые не закрыли вовремя, мобы и босс ликвидированы силами её взвода. Потом — тревога в районе Кречевиц, где род Власовых, вечно балансирующий на грани исчезновения, экстренно запросил подмогу против всплеска активности в их родовой зоне.