Книга Одиночка. Том 4, страница 75 – Дмитрий Лим

Он вышел из клиники в тот же моросящий дождь. Воздух больше не пах деньгами. Он пах временем. Острым, ускользающим, ядовитым.

Савелий уже почти физически ощущал вкус этого времени на языке — горький, как пепел, — когда в кармане завибрировал служебный телефон. Он посмотрел на экран, увидел имя «бедолаги» и на секунду задумался, не швырнуть ли аппарат под колёса проезжающего «Майбаха». Но привычка контролировать всё, что ещё можно было контролировать, оказалась сильнее. Он принял вызов.

— Босс, — голос помощника был тонким, почти писклявым от ужаса. — Тут… тут не до порок, извините. Тут вообще праздник какой-то. К нам в бухгалтерию только что пришёл дивный пакетик от налоговой. Не электронкой, понимаете, а бумажной повесткой с живой синей печатью. Запустили внезапную углублённую проверку по трём основным схемам оптимизации. Тем самым, которые «абсолютно непробиваемые», как говорил наш аудитор в прошлый раз, когда вы ему… э-э-э… вставили новую пломбу.

Громов молчал, прислонившись лбом к холодному стеклу витрины дорогого часового магазина. В витрине будильник в форме черепа радостно показывал без пятнадцати девять. Он смотрел на этот дурацкий череп и думал о белковых бляшках в своём собственном мозге.

«Нет у меня никакой болезни. Нас кто-то взломал… кто-то пытается меня выкинуть из гонки…»

— Это не всё, — продолжал помощник. Слышно было, как он глотает воду. — Параллельно начался движ по счетам в «Альфа-Лионе». Кто-то запустил механизм «знакомства» наших транзитных счетов с комплаенс-службой банка. Объём операций попал под автоматический стоп-лист. Три миллиона евро, которые должны были уйти в Никарагуа вчера вечером, теперь висят в воздухе и активно обрастают вопросами из финансового мониторинга. Кирилл Попов звонил пять раз. Он говорит, его партнёры начинают вспоминать, что у них есть другие, менее проблемные друзья.

«Недорого, но эффективно, — промелькнуло в голове Савелия — Ублюдок. Решил ударить по репутации напоследок⁈»

Волков, конечно, был мастером создания дискомфорта из ничего. Поддельный аккаунт в соцсети — это цветочки, детская шалость. А вот синхронный удар по репутации, здоровью и финансам — это уже ягодки.

Не смертельно, но чертовски неприятно и требует немедленных дорогостоящих усилий по нейтрализации. Раньше Савелий бы завёлся, ощутил прилив адреналина, начал бы строить многоходовки в ответ. Сейчас он просто чувствовал глухое, тошнотворное раздражение, как если бы обнаружил, что дорогой костюм зацепился за гвоздь и порвался. И чинить его уже нет ни времени, ни желания.

— Босс, вы меня слышите? Что делать? — пищал в трубке голос.

— Делать? — Савелий оторвался от витрины. Череп-будильник теперь показывал без десяти девять. — Сделай себе кофе. Крепкий. И передай нашему «непробиваемому» аудитору, что если он не засунет эту повестку себе в гланды и не выплюнет обратно с резолюцией «ошибка вышла» к полудню, то вставить я ему собираюсь уже не пломбу, а собственные счета-фактуры, причём через самое непробиваемое место. По счетам позвони Гринчюку, скажи, что это технический сбой из-за обновления софта у банка и что к вечеру всё утрясётся. И отключи этот дурацкий аккаунт в «ВСети». Просто удали. Не через жалобы, а заплати какому-нибудь школьнику-хакеру, чтобы он стёр его к чёртовой матери.